И каждый ужасомъ объятъ...
О, страшно-дивный водопадъ! 25)
LXXII.
Вотъ новый видъ открылся взглядамъ:
Съ одной вершины до другой,
При блескѣ солнца, надъ каскадомъ
Явилась радуга дугой --
Подобна радостной надеждѣ
Надъ смертнымъ ложемъ -- и горитъ
Въ своей сіяющей одеждѣ.