Онъ плѣнникъ былъ и властелинъ вселенной;
Предъ нимъ, хоть онъ низринутый боецъ,
Все міръ стоитъ колѣнопреклоненный,--
Такъ ярокъ и лучистъ его вѣнецъ.
Ему такъ долго слава въ счастьи льстила,
Рабою у его склоняясь ногъ,
Что въ божество его преобразила;
Онъ думалъ, что его безъ грани сила,
И міръ, дрожа предъ нимъ, повѣрилъ, что онъ -- богъ.
XXXVIII.