Къ чему вся эта кровь и преступленье?
То цезарей великихъ развлеченье,
Забава римлянъ... Что-жъ, вѣдь умирать
Намъ все равно, что въ циркѣ, что въ сраженьѣ.
Не все-ль равно, гдѣ мы должны играть,
И гдѣ должны потомъ актеры истлѣвать?
CXL.
Вотъ гладіаторъ, вражескимъ мечомъ
Пронзенъ, лежитъ. На локоть онъ склонился;