Но -- къ нашему разсказу! Корабль, нагруженный невольниками, назначенными для продажи въ столицѣ, исполнивъ требуемыя формальности, бросилъ, наконецъ, якорь подъ стѣнами сераля. Грузъ его, какъ не зараженный чумой, высадили на берегъ и отвели на рынокъ, гдѣ было уже много грузинокъ, русскихъ и черкешенокъ, назначенныхъ въ продажу, для удовлетворенія разныхъ домашнихъ надобностей и страстей.
СXIV.
Нѣкоторыя пошли по очень высокимъ цѣнамъ. Такъ за одну черкешенку, прелестную дѣвочку съ гарантированной невинностью, заплатили полторы тысячи долларовъ. Небо обильно пролило на неё всевозможные дары красоты. Надбавка цѣнъ на неё привела въ отчаяніе нѣсколькихъ рьяныхъ покупщиковъ, но когда сумма перешла за тысячу сто долларовъ -- они поняли, что покупка назначалась для самого султана, и потому тотчасъ благоразумно отступились.
CXV.
Двѣнадцать негритянокъ изъ Нубіи пошли по гораздо высшей цѣнѣ, чѣмъ какую дали бы за нихъ на любомъ рынкѣ Вестъ-Индіи, не смотря на то, что, со времени уничтоженія невольничества стараніями Вильберфорса, цѣна на этотъ товаръ тамъ удвоилась. Удивляться этому ничего: порокъ расточительнѣе любого короля. Всѣ добродѣтели экономны, считая даже и лучшую изъ нихъ -- благотворительность; но порокъ не пожалѣетъ ничего, ради одной рѣдкости.
CXVI.
Что же касается судьбы членовъ юной труппы, то нѣкоторые были куплены пашами, другіе -- жидами, одни должны были согнуться подъ тяжестью ношъ, другіе же, сдѣлавшись ренегатами, получили болѣе почётныя должности надзирателей; женщины же, стоявшія печальными группами и ласкавшія себя надеждой попасть въ гаремъ не очень стараго визиря, были покупаемы по одиночкѣ, имѣя въ перспективѣ сдѣлаться любовницами, четвёртыми женами или жертвами.
CXVII.
Подробное описаніе всего этого отлагаю я до слѣдующей пѣсни, точно также, какъ и разсказъ о послѣдующей судьбѣ моего героя; эта же пѣсня и безъ того вышла слишкомъ длинной. Я знаю, что многословіе надоѣдаетъ; но что жъ дѣлать, если ужь таковъ характеръ моей Музы? Однимъ словомъ, дальнѣйшую повѣсть о Донъ-Жуанѣ отлагаю я до того, что называется у Оссіана: Пятый Дуанъ.
ПѢСНЬ ПЯТАЯ.