Всѣ, однако, единодушно соглашалась, что она была именно тѣмъ, что обличало ея платье, то-есть хорошенькой, свѣженькой дѣвушкой, во всёмъ подобной самымъ красивымъ грузинкамъ. Многія удивлялись глупости Гюльбеи, рѣшившейся купить невольницу, которую Султанъ, наскучивъ своей супругой, легко можетъ возвести на тронъ, раздѣливъ съ нею и власть свою, и все остальное
XXXVII.
Всего страннѣе, однако, было въ этомъ скопищѣ дѣвицъ то, что, не смотря на ревность, которую красота вновь прибывшей могла возбудить, ни одна изъ нихъ, кончивъ первый поверхностный обзоръ, но начала находить въ ней -- то тамъ, то здѣсь -- кое-какихъ недостатковъ, что, какъ извѣстно, неизбѣжно происходитъ во всякомъ женскомъ обществѣ, всё равно -- христіанскомъ или языческомъ. Извѣстно, что всякая вновь прибывшая всегда оказывается уродливѣйшимъ созданьемъ въ мірѣ.
XXXVIII.
Женщины гарема, въ этомъ отношеніи, были но лучше другихъ; но, должно-быть, существуетъ на свѣтѣ какая-то тайная симпатія, невѣдомая намъ самимъ -- симпатія половъ. Поэтому, не смотря на то, что онѣ не могли проникнуть тайны его переодѣванья, всѣ чувствовали къ вновь прибывшей какое-то неизъяснимое влеченіе, подобное магнитизму, дьяволизму, или чему вамъ будетъ угодно. Я объ этомъ спорить не стану.
XXXIX.
Чувство это было для нихъ совершенно новымъ. Это былъ родъ какой-то сентиментальной дружбы, совершенно невинной и чистой, возбуждавшей желаніе, чтобъ вновь прибывшая была ихъ сестрой. Чувство это не раздѣлялось только тѣми, которыя уже положительно желали, чтобъ она была ихъ братомъ, котораго, въ ихъ родной, прекрасной Грузіи, навѣрно предпочли бы онѣ любому пашѣ или падишаху.
XL.
Изъ числа особенно-расположенныхъ къ этой сентиментальной дружбѣ выдавались преимущественно три; это были: Лола, Катенька и Дуду. Короче, не вдаваясь въ подробное описаніе, скажу только, что всѣ онѣ, по самымъ вѣрнымъ свѣдѣніямъ, были прелестны -- выше всякихъ похвалъ. Различаясь ростомъ, наружностью, годами и происхожденіемъ, сходились онѣ безусловно въ симпатіи къ новой подругѣ.
XLI.