Онъ, впрочемъ, мало заботился объ этомъ предметѣ, какъ равно и о чёмъ бы то ни было вообще. Какъ мужчина, онъ привыкъ имѣть подъ рукой хорошенькую любовницу точно такъ, какъ иные привыкли имѣть вѣеръ. Для этой цѣли у него былъ богатый запасъ черкешенокъ, служившихъ ему развлеченіемъ послѣ засѣданій совѣта. Тѣмъ не менѣе, въ послѣднее время онъ сталъ чувствовать какой-то особенный припадокъ нѣжности къ прелестямъ своей четвёртой супруги; но что было тому причиной -- любовь или чувство долга -- не знаю.
ХСІІ.
Вставъ съ постели, онъ совершилъ, предписываемыя обычаями Востока, омовенія, затѣмъ, пробормотавъ обычныя молитвы и совершивъ прочіе благочестивые обряды, выпилъ по-крайней-мѣрѣ шесть чашекъ кофе и кончилъ тѣмъ, что пожелалъ узнать новости о русскихъ, чьи побѣды озаряли новымъ блескомъ царствованіе Екатерины, которую исторія прославила, какъ величайшую изъ государынь и женщинъ.
ХСІІІ.
Да услышитъ эти стихи законный ея наслѣдникъ, великій Александръ, сынъ ея сына, тѣмъ болѣе, что въ настоящее время стихи мои легко могутъ дойти до Петербурга и соединить пѣснь свободы съ рокотомъ Балтійскихъ волнъ.
XCIV.
Стыдно было бы, пользуясь правомъ стиха, злословить людей, называя ихъ предковъ антиподами Тимона, этого ненавистника человѣческаго рода. Предки, вообще, добыча исторіи; но если ихъ ошибки должны падать на потомство, то я спрашиваю: кто бы сталъ тогда ими гордиться?
XCV.
Еслибъ Султанъ хорошенько договорился съ Екатериной объ ихъ взаимныхъ интересахъ, что не всегда удаётся и государямъ, не смотря на уроки исторіи, то, можетъ-быть, нашлось бы средство окончить ихъ распрю безъ помощи чрезвычайныхъ полномочныхъ пословъ. Для этого стоило бы Султану только распустить свой гаремъ и начать вести дѣла, какъ слѣдуетъ.
XCVI.