А, сверхъ того, развѣ нѣтъ любви чистой, любви свѣтлой и невинной, той, которою любятъ ангелы и пожилыя женщины, не менѣе чистыя, чѣмъ они, любви платонической -- словомъ, той, "которою люблю я!" Такъ созналась себѣ Джулія, увѣренная въ истинѣ своихъ словъ. Будь я тѣмъ мужчиной, на котораго пали ея мечты, я желалъ бы, чтобъ она думала именно такъ.
LXXX.
Такая любовь вполнѣ невинна и можетъ, безъ всякой опасности, существовать между молодыми людьми. Сначала, цѣлуется рука, потомъ губы. Я лично такой любви не испытывалъ, однако слышалъ не разъ, что подобныя вольности должны составлять ея границу. Перейти за этотъ предѣлъ будетъ уже преступленіемъ. Я предупреждаю объ этомъ и затѣмъ умываю руки.
LXXXI.
И такъ, любовь, но любовь въ предѣлахъ долга -- таково было невинное рѣшеніе Джуліи, относительно Донъ-Жуана. Сколько пользы -- думала она -- можетъ принести это рѣшеніе ему самому! Озарённый свѣтлыми лучами любви съ алтаря слишкомъ чистаго, чтобъ быть осквернённымъ, онъ можетъ многому научиться... Чему? я, признаюсь, не знаю, да, впрочемъ, этого не знала и сама Джулія.
LXXXII.
Ободрённая такимъ рѣшеніемъ и защищённая испытанной бронёю своей чистоты, она -- въ полной увѣренности успѣха, а также того, что добродѣтель ея была незыблема, какъ скала -- отложила съ-тѣхъ-поръ въ сторону всякія предосторожности докучнаго контроля надъ собой. Ныла ли Джулія способна выполнить эту задачу -- мы увидимъ впослѣдствіи.
LXXXIII.
Планъ ея казался ей вмѣстѣ и лёгкимъ, и невиннымъ. Короткое обращеніе съ шестнадцатилѣтнимъ мальчикомъ, конечно, но могло вызвать злоязычныхъ толковъ, а если бъ и вызвало, то, увѣренная въ чистотѣ своихъ намѣреній, она съумѣла бы ими пренебречь. Чистая совѣсть удивительно насъ утѣшаетъ. Вѣдь, видѣли мы, какъ христіане жгли такихъ же христіанъ, въ полномъ убѣжденіи, что апостолы поступили бы точно такъ же.
LXXXIV.