Если бы мы могли изъ неисчерпаемой бездны природы или нашихъ собственныхъ мыслей извлечь хотя одну гарантированную истину, то, можетъ-быть, человѣчество вступило бы тогда на настоящій -- потерянный имъ -- путь; но за-то сколько было бы разрушено этимъ прекрасныхъ философскихъ системъ! Одна система пожираетъ другую, почти такъ же, какъ Сатурнъ пожиралъ когда-то своихъ дѣтей, и благочестивая супруга напрасно подавала ему камни, вмѣсто мальчиковъ: онъ всё-равно не оставлялъ ни крошки.
II.
Философскія системы поступаютъ, подобно титану, но только въ обратномъ смыслѣ, потому-что здѣсь дѣти пожираютъ родителей и при этомъ страдаютъ довольно тяжелымъ пищевареньемъ. Признайтесь, можете ли вы укоренить свою вѣру во что-нибудь даже послѣ самыхъ добросовѣстныхъ изысканій? Оглянитесь на прежніе вѣка, прежде чѣмъ остановитесь на какомъ-нибудь убѣжденіи, и скажите -- точно ли вы считаете его вѣрнымъ. Нѣтъ ничего вѣрнѣе, какъ сомнѣваться въ вѣрности собственныхъ чувствъ, а между-тѣмъ какія же имѣемъ мы иныя доказательства.
III.
Что же касается меня, то я ничего не знаю, ничего не отвергаю, ничего не допускаю и ничего не презираю! А что знаете вы? можетъ-быть только то, что вы родились, чтобъ умереть, да и эти два факта могутъ оказаться ложными, если вдругъ наступитъ эпоха вѣчности, когда ничто не будетъ ни старѣть, ни возобновляться. Смерть -- есть вещь, заставляющая людей плакать, а между-тѣмъ они цѣлую треть жизни проводятъ во снѣ.
IV.
Послѣ тяжелаго, труднаго дня, мы болѣе всего желаемъ сна безъ сновидѣній; такъ почему же наша плоть такъ боится плоти, успокоившейся ещё болѣе спокойнымъ сномъ? Даже самоубійца, платящій свой долгъ до срока (старая манера платить долги, о которой очень жалѣютъ кредиторы) даже онъ нетерпѣливо испускаетъ свой послѣдній вздохъ не столько изъ отвращенія къ жизни, сколько изъ боязни смерти.
V.
Смерть грозитъ человѣку отовсюду: она возлѣ него, вокругъ него, тутъ, тамъ, вездѣ. Есть храбрость, вытекающая изъ страха, и эта храбрость, можетъ-быть, самая отчаянная, потому-что порождена желаньемъ добиться во что бы то ни стало конца страха. Когда мы стоимъ на вершинахъ высокихъ горъ, видимъ подъ ногами ихъ пики, смотримъ въ глубину бездонныхъ пропастей съ зіяющими ребрами скалъ, мы не можемъ не ощутить желанія погрузиться въ эту бездну.
VI.