"Любовь -- ничтожная частица жизни мужчинъ; для женщины же въ ней вся жизнь. Дворъ, лагерь, церковь, путешествія, торговля могутъ васъ занять; мечъ, мантія, богатство и слава готовы въ обмѣнъ вашего самолюбія и жажды почестей, и многіе ли умѣютъ противустоять обаянію этихъ приманокъ? Вотъ сколько занятій у мужчинъ; мы же способны на одно: любить и любить опять, пока себя не погубимъ.
CXCV.
"Вы пойдёте путёмъ радостей: много разъ представится вамъ случай хвастать тѣмъ, что вы полюбили и были любимы взаимно. Для меня же всё копчено на землѣ; терпѣть свой позоръ и стыдъ въ теченіи нѣсколькихъ лѣтъ -- вотъ всё, что мнѣ остаётся! Эту муку я могла бы ещё вынесть; но побѣдить страсть, которая по прежнему горитъ въ моёмъ сердцѣ, я не въ силахъ. Прощайте же! Простите меня! любите меня! Какъ ни безполезно это слово -- пусть оно останется!
CXCVI.
"Всё сердце моё было -- одна слабость и остаётся ею до-сихъ-поръ; но, можетъ-быть, я успѣю овладѣть собой. Кровь моя кипитъ и теперь, когда мысль успокоилась. Такъ продолжаютъ бушевать волны послѣ того, какъ вѣтеръ уже стихъ. Сердце моё -- сердце женщины и не можетъ забывать! Безумно-слѣпое ко всему, кромѣ одного образа, оно -- подобно тому, какъ игла компаса, постоянно дрожа, обращается къ неподвижному полюсу -- преслѣдуетъ одну и ту же мысль.
СXCVIІ.
"Больше мнѣ нечего сказать, и всё-таки я не въ силахъ кончить! Не смѣю даже подписать моё имя, хотя и могла бы это сдѣлать безъ страха: горе моё не можетъ ничѣмъ быть увеличено. Еслибъ несчастья убивали, то я не дожила бы до этого дня. Смерть презрительно отворачивается отъ тѣхъ, кто сами ищутъ попасть подъ ея удары. Я должна пережить даже это послѣднее прощанье и продолжать жизнь, любя и молясь за васъ!"
CXCVIII.
Это письмо написала она на листкѣ тонкой, съ золотымъ ободкомъ, бумаги, маленькимъ вороньимъ перомъ. Ея миніатюрная, бѣлая ручка, дрожа, какъ магнитная стрѣлка, едва могла размягчить на огнѣ воскъ, и при всёмъ томъ она не проронила ни одной слезы. На печати изъ бѣлаго корналина былъ вырѣзанъ геліотропъ съ девизомъ: "Elle vous suit partout!" {У лорда Байрона была печать съ этимъ девизомъ.} Воскъ былъ тончайшаго качества и самаго лучшаго краснаго цвѣта.
СХСIХ.