Я зналъ одну Ирландку, образъ чудный,
Чей бюстъ никто возпроизвесть не могъ,
Хоть онъ не разъ бывалъ моделью трудной.
И если время, всё губящій богъ,
Приложитъ къ ней законъ неправосудный,
То міръ лишится прелести лица,
Недосягаемой для смертнаго рѣзца.
CXX.
Таковъ былъ видъ моей островитянки.
Ея костюмъ съ испанскимъ былъ несхожъ,