А Донъ-Жуанъ, хотя не могъ ни слова
Понять, внималъ съ участіемъ такимъ,
Что цѣлый день болтать была бъ готова
Моя Гречанка съ protégé своимъ,
Когда бы, вдругъ остановись, чтобъ снова
Духъ перевесть, не догадалась вмигъ,
Что для него ромайскій чуждъ языкъ.
CLXII.
Тогда при помощи перстовъ безгласныхъ,
При помощи улыбокъ и очей,