Смущёнъ картиной праздности нежданной,
Онъ слышитъ, ахъ! не музыку небесъ,
Но скрипки визгъ земной и окаянной.
Подобныхъ въ жизни не встрѣчавъ чудесъ,
Не могъ понять онъ смысла сцены странной.
Онъ слышитъ тамъ же флейту, бубновъ звонъ
И вовсе не восточный смѣхъ и стонъ.
XXIX.
Съ покатости холма сбѣжавъ проворно,
Спѣшитъ онъ къ мѣсту пиршества, и вотъ,