LVII.
Но онъ хранилъ любовь свою въ тиши
Для дочери. Лишь ей, безцѣпной Пери,
Межь страшныхъ дѣлъ, свершонныхъ имъ въ глуши,
Не затворялъ въ свое онъ сердце двери --
Лишь ей одной, сокровищу души!
Не доставало этой лишь потери,
Чтобъ нѣжность чувствъ утратилъ онъ совсѣмъ
И сталъ свирѣпъ, какъ дикій Полиѳемъ.
LVIII.