Не блещетъ имъ надежда, бѣдъ подруга:
Нѣтъ ни воды, ни пищи, ни вина.
И вотъ сосѣдъ сталъ озирать сосѣда
Глазами волка, съ думой людоѣда.
LXXIII.
Тогда одинъ товарищу шепнулъ,
Тотъ передалъ сосѣду -- и въ мгновенье
Узнали всѣ, поднялся хриплый гулъ,
Зловѣщій гулъ, жестокое смятенье.
И всякъ, кто въ душу брата заглянулъ,