"Русскіе, какъ всѣмъ извѣстно, изъ горячей бани бѣгутъ купаться въ Невѣ; забавная практическая антитеза, которая, повидимому, не дѣлаетъ имъ вреда". (Прим. Байрона).
ПѢСНЬ ДВѢНАДЦАТАЯ.
Стр. 377.
Онъ съ ногъ до головы былъ джентльмэнъ.
"Оставляя себя въ сторонѣ, позвольте мнѣ сказать нѣсколько словъ о принцѣ-регентѣ. Онъ приказалъ представить меня ему на балѣ и послѣ нѣсколькихъ фразъ, особенно любезныхъ съ его стороны, относительно моихъ литературныхъ опытовъ, сталъ говорить со много о васъ и вашихъ безсмертныхъ произведеніяхъ. Онъ ставятъ васъ выше всѣхъ поэтовъ, прежнихъ и современныхъ... Онъ говорилъ поперемѣнно то о Гомерѣ, то о васъ, и, повидимому, хорошо знаетъ обоихъ... Все кто было высказано въ такихъ выраженіяхъ, которыя только пострадали бы отъ моей неумѣлой передачи, въ такомъ тонѣ и съ такимъ тактомъ, по которымъ я составилъ себѣ очень высокое мнѣніе объ его способностяхъ и совершенствахъ. Конечно, онъ выше, въ этомъ отношеніи, всѣхъ современныхъ джентльменовъ" (Письмо къ В. Скотту, 6 іюля 1812 г.).
...что Александръ возвесть хотѣлъ,
Чтобъ обезсмертитъ славу громкихъ дѣлъ.
"Одинъ скульпторъ предлагалъ вырубить изъ горы Аѳона статую Александра, съ городомъ въ одной рукѣ и, кажется, съ рѣкою въ карманѣ и еще равными другими подобными украшеніями. Но Александръ умеръ, а Аѳонъ, надѣюсь, останется въ неприкосновенности и станетъ смотрѣть на живущій вокругъ него свободный народъ". (Прим. Байрона).
ПѢСНЬ ТРИНАДЦАТАЯ.
(Пѣснь тринадцатая переписана между 12 и 19 февраля 1823 г.).