Съ холма, гдѣ путники прощаются съ Сіономъ,
Я видѣлъ градъ родной въ его послѣдній часъ:
Пылалъ онъ, отданный свирѣпымъ легіонамъ,
И зарево его охватывало насъ.
И я искалъ нашъ храмъ, искалъ свой бѣдный домъ,
Но видѣлъ лишь огня клокочущее море...
Я на руки свои, въ отчаяньи нѣмомъ,
Взглянулъ: онѣ въ цѣпяхъ -- и мщенья нѣтъ! о, горе!
Ахъ! съ этого холма, бывало, я глядѣлъ
На городъ въ этотъ часъ: ужъ мракъ надъ нимъ клубился,