И Лара, шагъ свой къ замку направляя,
Сознаться былъ со вздохомъ принуждёнъ,
Что этотъ часъ для добрыхъ сотворёнъ.
О прошлыхъ дняхъ ему напоминая,
Картина та являла передъ нимъ
Иныхъ небесъ блестящія плеяды,
Иныхъ очей, исполненныхъ отрады,
Святой покой, понятный лишь однимъ
Людскимъ сердцамъ, истерзаннымъ страстями.
Пусть буря, зломъ надъ нимъ носясь, шумитъ: