Онъ надъ серьезнымъ также хохоталъ.
Не избѣжали злыхъ насмѣшекъ яда
Ни армія, ни церковь, ни чины,
Ни судъ, ни моды новыя наряда.
Увы! Теперь тебя мы лишены,
Бѣдняжка Іорикъ! Прахъ нѣмой твой тлѣетъ...
Кто любитъ смѣхъ, о Футѣ пожалѣетъ.
Но кто бъ отъ смѣха удержаться могъ,
Высокопарный слыша діалогъ
Межъ двухъ шутовъ, одѣтыхъ королями,