Людскіе на землѣ глаза,
Казалось всѣмъ, не могутъ лить.
Хотѣла что-то говорить
Она... Глухой, неясный звукъ
Гортань сухая издала...
И въ звукѣ томъ слышна была
Вся тягость безконечныхъ мукъ.
Замолкъ онъ... Что-то ей опять
Хотѣлося потомъ сказать,--
И голосъ слышался, но онъ