Раздать все это цѣлому народу.
Отсюда, право, мы съ Иваномъ квиты.
Католиковъ часто сравниваютъ съ нищими изъ "Жиль Блаза"; но кто сдѣлалъ ихъ нищими, кто обогатился грабежомъ ихъ предковъ? Развѣ не должны вы помочь нищему, когда это отецъ вашъ довелъ его до сумы? Но если вы вообще хотите помочь ему, развѣ вы не можете сдѣлать это не бросивши и вашъ грошъ прямо въ лицо? Ввидѣ контраста съ этой нищенской благотворительностью давайте однако посмотримте на протестантскія школы. Имъ вы недавно назначили 41,000 фунтовъ стерлинговъ. Вотъ какія суммы идутъ на ихъ содержаніе; а кѣмъ пополняются онѣ? Монтескье замѣтилъ по поводу англійской конституціи, что ея прототипъ можно найти у Тацита въ томъ мѣстѣ, гдѣ историкъ говоритъ о германцахъ и прибавляетъ: эта великолѣпная система взята изъ лѣсу; такъ же точно, говоря о протестантскихъ школахъ, можно замѣтить, что эта великолѣпная система заимствована у цыганъ. Эти школы пополняются, какъ полки янычаръ во время большого набора при Амуратѣ или цыганскіе таборы нашихъ дней, -- путемъ кражи дѣтей. Они пополняются дѣтьми, отнятыми или заманенными богатыми и знатными протестантами отъ ихъ католическихъ сосѣдей; это очень знаменательно. Какъ это дѣлается, будетъ всего яснѣе на примѣрѣ. Сестра господина Карти (католическаго джентльмэна съ довольно значительнымъ состояніемъ) умираетъ, оставивъ двухъ дѣвочекъ; онѣ немедленно и назначаются въ прозелитки; ихъ отправляютъ въ школу въ Кульгрени. Ихъ дядя, узнавши объ этомъ обстоятельствѣ, случившемся въ его отсутствіе, немедленно потребовалъ возвращенія своихъ племянницъ и объявилъ, что обезпечитъ ихъ; въ этомъ требованіи ему однако было отказано, и только послѣ пятилѣтней борьбы, послѣ вмѣшательства одного очень важнаго лица могъ этотъ джентльмэнъ, католикъ, добиться освобожденія своихъ ближайшихъ родственницъ отъ заботливости благотворительной школы. Вотъ какимъ путемъ получаются немногіе прозелиты, которые воспитываются вмѣстѣ съ протестантскими дѣтьми, вовсе не нуждающимися въ благотворительности. И какъ ихъ учатъ! Имъ дается въ руки катихизисъ, состоящій, я полагаю, изъ 45 страницъ, на которыхъ три вопроса, касающихся протестантской религіи. Одинъ изъ этихъ вопросовъ таковъ:-- въ чемъ заключалась протестантская вѣра до Лютера? -- Отвѣтъ: -- въ Евангеліи. Всѣ остальныя 44 1/2 страницы осуждаютъ отвратительное идолопоклонство папистовъ! Позвольте мнѣ спросить нашихъ пасторовъ и учителей, таково ли должно быть религіозное воспитаніе юношества? Это ли Евангельская религія временъ предшествующихъ Лютеру? Религія, проповѣдующая .на землѣ миръ и въ человѣцѣхъ благоволеніе"? Ангелами или дьяволами должно сдѣлать такое воспитаніе? Лучше куда угодно послать ихъ, чѣмъ учить такимъ доктринамъ; пошлите ихъ хоть на острова Тихаго океана, гдѣ они, можетъ быть, болѣе по человѣчески научатся быть каннибалами; человѣкъ, поѣдающій убитаго, менѣе гадокъ, чѣмъ преслѣдующій живыхъ людей. Вы называете это школою? Я бы назвалъ это навозною кучею, гдѣ ехидны разводятъ птенцовъ, чтобы они, когда у нихъ прорѣжутся зубы и созрѣетъ ядъ, пошли бы, злобные и ядовитые, разить католиковъ. Я спрашиваю васъ, чья же это доктрина, -- англійской церкви или англійскихъ священниковъ? Нѣтъ, наиболѣе просвѣщенные англійскіе священники, конечно, другого мнѣнія. Что говоритъ Пэлей? "Я не вижу причины, почему люди различныхъ религіозныхъ убѣжденій не могутъ сидѣть на тѣхъ же скамьяхъ, вести пренія на томъ же совѣтѣ и сражаться въ тѣхъ же рядахъ совершенно такъ же, какъ они могутъ обсуждать спорные вопросы естественной исторіи, философіи и этики". Можно, конечно, возразить на это, что Пэлей не былъ строго ортодоксаленъ. Объ его ортодоксальности мнѣ ничего неизвѣстно, но кто можетъ отрицать, что онъ былъ украшеніемъ и церкви, и человѣчества, и христіанства?
Я не буду долго останавливаться на тяжело ложащемся на крестьянъ бремени десятиннаго налога, но нельзя не замѣтить, что самый принципъ такого налога заключаетъ въ себѣ новую и лишнюю тягость; подсчетъ процентнаго отношенія даетъ возможность сборщику податей высоко переоцѣнивать доходность, а вѣдь мы знаемъ, что въ Ирландіи въ очень многихъ мѣстахъ единственные протестанты, это -- сборщики податей и ихъ семьи.
Среди множества причинъ возмущенія слишкомъ многочисленныхъ, чтобы ихъ можно было перечислить, есть одна, касающаяся милиціи, которую никакъ нельзя обойти молчаніемъ; я разумѣю существованіе среди честныхъ людей Оранжскихъ постоевъ. Чиновники, конечно, не станутъ этого отрицать. Какимъ образомъ существованіе этихъ постоевъ можетъ способствовать миру и согласію? При такихъ условіяхъ люди совершенно разрознены въ обществѣ, хотя и входятъ въ одни и тѣ же ряды. Какъ можно допускать подобную общую систему постояннаго преслѣдованія; или можно вообразить себѣ, что такая система можетъ или должна сдѣлать людей довольными? Если бы это могло случиться, это противорѣчило бы человѣческой природѣ; тогда эти люди были бы дѣйствительно достойны только того, чтобы стать тѣми рабами, какими вы ихъ сдѣлали. Всѣ приведенные мною факты основаны на самыхъ достовѣрныхъ и авторитетныхъ свѣдѣніяхъ; иначе ни здѣсь, ни вообще гдѣ бы то ни было я бы не позволилъ себѣ требовать ихъ признанія. Если они даже и преувеличены, то ихъ все-таки настолько много, что съ ними необходимо считаться. Мнѣ можно, конечно, возразить, что я никогда не былъ въ Ирландіи, но на это я отвѣчу, что знать объ Ирландіи никогда не бывавши тамъ такъ же легко, какъ для нѣкоторыхъ, повидимому, оказалось возможнымъ родиться тамъ, получить тамъ воспитаніе и долго проживать, оставаясь при этомъ въ полномъ невѣдѣніи о самыхъ насущныхъ и лучшихъ интересахъ этой страны. Есть однако лица, увѣряющія, что католики уже получили слишкомъ много снисхожденій. Посмотрите, кричатъ они, какъ много мы для нихъ сдѣлали. Мы дали имъ для образованія цѣлую коллегію, мы разрѣшаемъ имъ пищу и одежду, мы не мѣшаемъ имъ пользоваться всѣми стихіями, мы позволяемъ имъ сражаться за насъ до тѣхъ поръ, пока они могутъ отдавать намъ свою жизнь и члены своего тѣла; и все-таки они не довольны. Какіе же это великодушные и справедливые жалобщики? Если отнять всю софистику, то къ этому, и только къ этому, сводятся всѣ ваши аргументы. Мои противники напоминаютъ мнѣ исторію объ одномъ барабанщикѣ, который получилъ приказаніе отодрать одного своего пріятеля. Его просили пороть повыше -- и онъ поролъ, его просили пороть ниже -- и онъ поролъ, ему было сказано пороть посерединѣ -- и онъ поролъ; но и выше, и ниже, и по серединѣ -- его пріятель продолжалъ кричать и жаловаться до тѣхъ поръ, пока барабанщикъ, усталый и взбѣшенный, не бросилъ плеть и не воскликнулъ: "чортъ бы тебя побралъ, никакъ тебѣ не угодить, по какому мѣсту ни пори!" Совершенно такъ же и вы, -- вы пороли католиковъ и высоко, и низко, и здѣсь, и тамъ, и, увы, они никогда не оставались этимъ довольны. Правда, время, опытъ и усталость, сказывающаяся даже въ варварскихъ поступкахъ, научили васъ пороть ихъ немножко нѣжнѣе. Но вы все-таки продолжаете класть ихъ на кобылу и будете поступать такъ до самыхъ тѣхъ поръ, пока плеть не будетъ вырвана изъ вашихъ рукъ и не обратится противъ васъ самихъ и вашего потомства.
Во время предшествовавшихъ преній кѣмъ то было замѣчено (я не помню кѣмъ и, признаюсь, не старался запомнить), что разъ мы хотимъ эмансипировать католиковъ, почему не сдѣлать того же съ евреями? Если это сказано изъ сочувствія къ евреямъ, это заслуживаетъ полнаго вниманія, но, какъ вылазка противъ католиковъ, что это, какъ не восклицаніе Шейлока по поводу замужества дочери: "я лучше бы желалъ, чтобъ мужемъ ей былъ человѣкъ изъ племени Варравы, чѣмъ кто-нибудь изъ христіанъ".
Я думаю, что католикъ -- христіанинъ, и таково мнѣніе даже того, кому естественно давать предпочтеніе -- евреямъ.
У доктора Джонсона (котораго я признаю отнюдь не меньшимъ авторитетомъ, чѣмъ милѣйшаго апостола нетерпимости, доктора Дюидженана) есть замѣчаніе о томъ, что всякій, считающій въ наше время церковь въ опасности, кричитъ: "горимъ во время потопа". Это болѣе, чѣмъ метафора, потому что остатки этихъ допотопныхъ людей сохранились между нами съ ихъ криками объ огнѣ на устахъ и мозгами, подмоченными водой. Они вносятъ
смуту и горе въ жизнь человѣчества своими странными возгласами. Эти несчастныя существа невозможно убѣдить въ томъ, что этотъ огонь, которымъ они пугаютъ и насъ, и себя, не что иное, какъ ignis fatuus ихъ болѣзненнаго воображенія. Они вѣчно видятъ огонь, трепещущій у нихъ передъ глазами, особенно, когда глаза эти закрыты (каковы они ужъ очень давно у лицъ, на которыхъ я намекаю). Это непремѣнный симптомъ болѣзни этихъ бѣдныхъ инвалидовъ (любой докторъ скажетъ вамъ это, господа лорды). Какой ревень, какія травы или "какой же слабительный напитокъ можетъ изгнать эту игру воображенія!"-- Немыслимо. Болѣзнь неизлѣчима. У нихъ настоящая Caput insanabile tribus Anticyris.
Вотъ они -- ваши настоящіе протестанты. Какъ Бэйли, который протестовалъ вообще противъ всѣхъ сектъ, они протестуютъ противъ католическихъ петицій и петицій протестантскихъ, противъ всякихъ поправокъ, противъ всего того, что разумъ, гуманность, политика, справедливость или простой здравый смыслъ можетъ возразить на всѣ нелѣпости ихъ съумасшедшаго воображенія. Это люди, переставившіе извѣстную пословицу о горѣ, родившей мышь, -- они мыши, изнывающія въ потугахъ родить гору.