Гдѣ духъ свой услаждалъ лучами солнца.
Живя средь зрѣлищъ странныхъ и суровыхъ,
Онъ сдѣлался и самъ не тѣмъ, чѣмъ былъ.
Скитальцемъ сталъ онъ суши и морей.
Какъ волны, предо мной чередовались
Картины странъ различныхъ -- и повсюду
Я различалъ его. И наконецъ
Я видѣлъ: отъ полуденнаго зноя
Онъ отдыхалъ среди колоннъ упавшихъ,
Уснулъ въ тѣни развалинъ, пережившихъ