Считаемъ! Кто-жь иной могъ быть убійцей?

ВЕРНЕРЪ.

Не я, хотя ещё недавно въ этомъ

Ты -- сынъ мой -- сомнѣвался!

УЛЬРИХЪ.

Но вы сами

Не сомнѣваетесь въ венгерцѣ?

ВЕРНЕРЪ.

Сынъ мой,

Съ-тѣхъ-поръ, какъ я впалъ въ бездну преступленья --