Но очень смутно; и, къ тому-жь, онъ глупъ,
А глупости его я дамъ занятье,
Которое забыть его заставитъ
Про незнакомца-Вернера въ заботахъ
О собственной особѣ. Правосудье
Хотя-бъ сюда и доходило прежде,
Со времени войны тридцатилѣтней
Не существуетъ больше или робко
Изъ пыли возстаётъ, куда его
Походы многихъ армій затоптали.