Не плакалъ все-же я; молчалъ, снося удары,
И вновь скрывался я, и плакалъ ужъ одинъ--
И снова ждалъ, пока моихъ мечтаній чары
Не встанутъ предо мной, какъ дивный рядъ картинъ.
Шли годы. И душа познала трепетъ странный
И сладкую тоску... И охватилъ меня
Восторгъ одной мечты, неясной и туманной,
Неясной только лишь до памятнаго дня,
Когда я понялъ все -- и сердцу вдругъ открылось,
Зачѣмъ оно въ груди до той минуты билось,