-- Будетъ, довольно,-- чуть слышно сказала старшая сестра и судорожно сжала ея руку.
Анна неподвижно, не оглядываясь на сестру, стояла на прежнемъ мѣстѣ и, подъ вліяніемъ неожиданно пришедшей ей въ голову, мысли, быстро измѣнилось ея лицо; сильнѣе блѣднѣли щеки, сжимались губы и изъ напряженныхъ, отуманившихся глазъ готовы были выступить слезы. Ей пришло на мысль то безотрадное, безпомощное положеніе, которое въ случаѣ ея разлуки съ мужемъ, грозило наступить для ея сестры. Отчаяніе овладѣвало моей героиней.
-- Что съ тобой, сестра?-- тревожно спросила ее Лизавета, положивъ на ея плечо свою худую, огрубѣвшую руку. Ты больна?
Анна повернулась къ ней, посмотрѣла въ ея кроткіе глаза и прижалась своимъ лицомъ къ ея груди.
-- Знаешь-ли... Знаешь-ли, о чемъ я думала?-- тихо вскричала она.
Лизавета молча смотрѣла на нее.
-- Постой, я разскажу тебѣ, сказала младшая сестра, выпрямляясь и отирая слезы. Нѣтъ, лучше поѣдемъ къ тебѣ... Я у тебя разскажу все... Тебя ищутъ дѣти... Пойдемъ, я велю подать лошадь.
И не ожидая отвѣта, она вышла изъ комнаты мужа, прошла въ свою уборную и торопливо стала одѣваться.
Лизавета молча смотрѣла на нее и только теперь замѣтила происшедшую въ ней болѣзненную перемѣну. Напрасно старалась она догадаться, что могла задумать Анна такого, что въ нѣсколько дней сдѣлало ее непохожей на самую себя и наконецъ прекратила всякія догадки.
-- Ну, сестра, поѣдемъ,-- сказала Анна.