-- Я виновата передъ тобой,-- сказала она нѣжно.
-- Чѣмъ? спросила старшая сестра, быстро поднявъ на нее свои большіе, добрые глаза.
-- Тѣмъ, что я давно не была у тебя... У тебя дѣти на рукахъ, заботы; а я что дѣлаю?
-- Что же дѣлать, если у меня такой мужъ, что не совсѣмъ пріятно встрѣчаться съ нимъ,-- возразила Лизаветасъ какой-то болѣзненной усмѣшкой. Впрочемъ его нѣтъ теперь... Онъ уѣхалъ въ Нижній на ярмарку.
-- Что ему тамъ дѣлать?
-- Что-же онъ обыкновенно дѣлаетъ, отвѣчала старшая сестра съ серьезнымъ, почти холоднымъ взглядомъ.-- Вѣроятно купцовъ обманываетъ въ карты, пьянствуетъ, а, можетъ быть, и еще что нибудь хуже.
Наступило молчаніе.
-- А я пришла опять просить у тебя денегъ,-- робкимъ обрывающимся голосомъ сказала наконецъ Лизавета, и глаза ея опять тревожно и застѣнчиво избѣгали взгляда сестры.
Анна какъ будто сконфузилась и заторопилась. Она быстро взяла сестру за руку, крѣпко пожала ее, встала и почти потащила за собой Лизавету.
Они пришли въ любимую комнату Дорогина, соединявшую въ себѣ его спальню, кабинетъ, библіотеку и арсеналъ рыболовныхъ и охотничьихъ снарядовъ. Анна отперла бюро и молча вынула деньги.