-- Право не знаю, гдѣ... Тамъ гдѣ-то около монастыря...
Трофимовъ въ нерѣшимости и въ раздумьи переступалъ съ ноги на ногу. Вода забурчала въ его сапогахъ.
-- Не свой же у него домъ-то, пробормоталъ онъ, должно быть, для самого себя. Ужь вѣрно квартиру снимаетъ...
Онъ еще мычалъ что-то, что невозможно было разобрать и въ это же время принялся снимать съ себя мокрое пальто. Потомъ онъ сѣлъ къ столу, подумалъ, порылся въ одномъ карманѣ, пошарилъ въ другомъ, вынулъ папиросы, показалъ рукой Упадышевой, чтобы она подала ему огонь, закурилъ и поставилъ свѣчку передъ собой. Затѣмъ онъ еще подумалъ, потерь плечо и снявши мокрую шляпу, положилъ ее подлѣ свѣчки. Такъ и казалось, что онъ пришелъ въ трактиръ, отдыхаетъ, думаетъ свои думы и ни малѣйшаго вниманія не обращаетъ на безмолвно и въ ожиданіи стоящаго передъ нимъ лакея. Сѣла и Упадышева.
-- Вамъ очень нужно Карпова? спросила она.
Трофимовъ поднялъ на нее глаза, посмотрѣлъ и потомъ опять, ни говоря ни слова, погрузился въ свое раздумье. Впрочемъ черезъ минуту онъ промычалъ что-то, должно быть, въ отвѣтъ на ея вопросъ, однакоже и теперь молодая женщина не смогла уловить изъ его устъ ни одной понятной буквы. Помолчавъ еще немного, она зажгла другую свѣчку и пошла ставить самоваръ. Она достала его съ кухонной полки, налила водой, приготовила лучину, собрала наконецъ чашки и поставила на столъ, а Трофимовъ все сидѣлъ въ прежнемъ положеніи, облокотившись на столъ и положивъ голову на ладонь. Изрѣдка только онъ потиралъ пальцами лѣвую руку, а безъ этого движенія можно бы было съ нѣкоторымъ основаніемъ думать, что онъ дремлетъ. Когда Упадышева принесла наконецъ самоваръ, тогда изъ экипажа, устроеннаго въ углу комнаты, выглянулъ Сережа, посмотрѣлъ на гостя и тихонько спустился на полъ. Теперь-то только Трофимовъ повидимому разстался съ мыслями, занимавшими его до сей поры, и обратилъ нѣкоторое вниманіе на то, что дѣлалось около него. Онъ пристально слѣдилъ угрюмыми глазами за ребенкомъ; Сережа тоже не спускалъ съ него глазъ, дѣлая большой полукругъ, чтобы пройти мимо него. Сегодня они встрѣтились другъ съ другомъ, какъ встрѣчаются иногда собака и кошка, которые, не желая почему нибудь вступать въ драку, осторожно проходятъ своей дорогой, не спуская однакоже другъ съ друга недовѣрчиваго, бдительнаго и враждебнаго взгляда. Ребенокъ сѣлъ подлѣ матери, а Трофимовъ закурилъ новую папиросу и опять уткнулъ въ уголъ свои мутные, мрачные глаза.
-- Вамъ налить чаю? спросила Упадышева.
-- Налить.
Онъ даже и не взглянулъ на нее, произнося это слово.
-- Какай скверная погода, опять сказала она черезъ нѣсколько времени.