— Вот погоди, — отвечает, — дай журавлей дождаться. Увидишь, какой я человек.
— На что, — спрашивает, — тебе журавли сдались? На хвостах, что ли, тебе богатство принесут?
Смеется, видишь, а сама залюбопытствовала маленько. Звонцу того и надо. Который человек залюбопытствовал, того Звонец непременно оболтает, потому из таких был — сам себе верил. Тут и принялся расписывать.
— Многие, — говорит, — золото ищут, а ни у кого настоящего- понятия нет. В старых списках про это во всей тонкости показано. Владеет золотом престрашный змей, а зовут его Дайко. Кто у этого Дайка золотую шапку с головы собьёт, тот и будет золоту хозяин.
Глафира сперва не верит, посмеивается:
— Журавли-то с которого боку тут пришлись?
— Журавель, — отвечает, — в том деле большую силу имеет. В ту самую ночь, как журавли прилетят, змей Дайко ослабу в своей силе даёт. Тогда и глуши его тайным словом.
Глафира и давай спрашивать, что за тайное слово, коим змея глушат, и как до того змея добраться. У Звонца, конечно, на всё ответ готов.
— Надо, — объясняет, — в потаенном месте яму вырыть поглубже да в ней и дожидаться, когда журавли закурлыкают. Змей Дайко, как услышит журавлей, поползёт из земли их послушать. Весна, видишь, он и разнежится тоже. Приоденется для такого случаю. На голове большущий комок золота, вроде шапки али, скажем, венца, а по тулову опояски золотые, с каменьями. Под землёй Дайко ходит как рыба в воде, только через яму ему всё же поближе. Он тут и высунет голову. Человек, который в яме сидит, должен тут сказать самым тихим голосом:
«Подай-ко, Дайко, свой золотой венец да опояски!»