Из Кандии поплыли мы отыскивать турецкий флот. У Родоса встретили мы флот египетский из 13 судов, в том числе 3 линейных корабля и 5 фрегатов. Фрегаты были выкрашены двухдечными кораблями, а к 80-пушечным кораблям была прибавлена третья белая полоса для эффекта. Турецкий флот нашли мы в Мармарисской бухте, которая едва ли не лучший порт Средиземного моря по безопасности, по простору, по удобству защиты обоих его проходов. Турецкий флот состоял из 32 судов, в том числе двенадцати линейных кораблей. Флаг и вымпел великого адмирала развевались на 132-пушечном "Мухмудие". Халиль-паша, командуя флотом вчетверо сильнее египетского по числу и калибру орудий, закрыл, однако ж, цепями оба прохода бухты, боясь атаки. Он со всегдашней своей любезностью угощал нас в великолепной платановой роще на берегу залива и уверял нашего адмирала, что он ждал только султанского приказа на истребление египетского флота. Но он имел основательные причины уклоняться от сражения: экипажи были составлены не из матросов, а из всякого сброда; офицеры не имели никакой опытности в морском деле (теории от турок требовать не станем), а все милости султана не могли внушить капудан-паше морского гения. Халиль, дитя Кавказа, этого рассадника пашей, был в детстве невольником, своего соотечественника Хозрефа, который определил его в регулярное войско офицером, сохраняя, однако ж, над ним свои права. В Морейской экспедиции Ибрахим-паша полюбил его за ловкость и телесную силу. В кампаниях 1828 и 1829 гг. противу России, личная его храбрость и покровительство Хозрефа возвели его в звание паши. По заключении мира султан, желая показать Европе образчик перерожденных турок, назначил его послом в Петербург, где в самом деле он понравился двору и обществу, стараясь перенимать тон и манеры европейского человека. Когда по шестимесячном пребывании в России возвратился он в Стамбул, султан был в восторге от него зa его развязность, за благородные военные приемы, за его рассказы о русской армии, о величии русского двора. Рука султанши-дочери Махмуда и звание генерал-адмирала (капудан-паши) возвели кавказского невольника на высочайшую степень почестей и величия при османском дворе. И после реформы, как и в старину, султаны вверяют свой флот любимцу, который никогда не служил в море.

Египетским флотом командовал Осман Hyp эд-Дин-паша, который заблаговременно получил воспитание в Европе и имел при себе нескольких хороших офицеров-французов.

134. Речь идет о восстаниях, вспыхнувших в 1831 г. в Албании под руководством Мустафа-паши и в Боснии во главе с Хусейном. -- Прим. ред.

135. Муравьев Николай Николаевич (1794--11866) -- дипломат и военный деятель. В 1819 г. ездил в Бухару и Хиву для исследования путей и установления дипломатических отношений с ханствами, участвовал в русско-персидской войне 1826--1828 гг. и в русско-турецкой войне 1828--1829 гг.; в 1833 г. командовал русским отрядом, направленным султану для помощи против МухаммедаАли. -- Прим. ред.

136. Бутенев Аполлинарий Петрович (1787--1866) -- дипломат, начал службу в Министерстве иностранных дел в 1804 г. В 1816 г. был назначен секретарем российского посольства в Константинополе, где находился до 1821 г.; участвовал в русско-турецкой войне 1828--1829 гг. в качестве управляющего походной канцелярией Нессельроде. После заключения Адрианопольского мирного договора был назначен поверенным в делах посольства, а с 1830 г. -- послом в Константинополе. С 1843 по 1856 г.-- посланник в Риме. В 1856 г. Бутенев был назначен членом Государственного совета и вновь направлен посланником в Константинополь, где оставался до 1858 г. -- Прим. ред.

137. Дюгамель Александр Осипович (1801--1880), военный и государственный деятель. В 1827 г. был назначен вторым секретарем военного отделения российского посольства в Константинополе, участвовал в русско-турецкой войне 1828--1829 гг. В 1832 г. был прикомандирован в качестве уполномоченного от военного министерства к генералу Муравьеву и направлен в Константинополь, откуда был послан 5 января 1833 г. в Конью с поручением предложить Ибрахим-паше остановить продвижение египетских войск. В 1833 г.-- генеральный консул в Александрии, активный проводник русской политики при дворе Мухаммеда Али, где оставался до 1837 г. С 1837 по 1841 г.-- посол в Тегеране; в 1843 г. был направлен с особым поручением в Молдавию и Валахию. Дальнейшая его служба не была связана с восточными делами. О пребывании Дюгамеля в Османской империи см. "Автобиография А.О. Дюгамеля",-- "Русский архив", 1855, ч. IІ--IV. -- Прим. ред.

138. Дата неверна. Кютахийский договор был подписан 4 мая 1833 г.

Базили, видимо, намеренно искажает факты, для того чтобы, придав законный характер вмешательству России в турецкие дела, обелить русскую политику. В действительности события складывались следующим образом.

Потерпев поражение в борьбе с Мухаммедом Али, султан обратился за помощью к Англии и Франции. Однако его обращение было безрезультатным.

Лишь Россия, не желая падения слабого султанского правительства и замены его сильной властью Мухаммеда Али, активно вмешалась в турецко-египетский конфликт. В Константинополь был послан генерал-лейтеиенат Н.Н. Муравьев. Целью его миссии было заявить Порте, что русское правительство готово оказать Турции помощь по первому ее требованию и заставить Мухаммеда Али прекратить военные действия.