Погасла блѣдная улыбка, мукой исказились черты больной. Исчезло все, что было. Разоренъ старый домъ предковъ, и чуждые люди творятъ въ немъ чуждыя дѣла.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Черная ночь, кровавая ночь...
Ворвались насильники... растерзали, замучили любимыхъ -- и мужа, и сына, и престарѣлую мать. Одной только ей оставили жизнь... Злой, безсовѣстный даръ! На чужбинѣ, одинокая, нищая, больная калѣка влачить она жалкіе годы. Медленно умираетъ когда-то божественное тѣло... а духъ ея живетъ. Такой же юный и жаждущій, полный энергіи. Жить! Что-то создавать, къ чему-то стремиться, наслаждаться природой, талантами, жизненной борьбой. Жить!
-----
-- Анна Павловна, можно?
Вздрогнула больная. Широко раскрылись вновь вспыхнувшіе огоньками глаза, легкая краска слабой волной пробѣжала по поблекшему лицу.
-- Прошу.
Неслышно ступая, вошла сестра милосердія и пододвинула кресло къ постели.
-- Лордъ Дэвисъ?-- тревожно спросила больная.