-- Даже двумя?-- сіяя, спросила больная.
-- Первая: мы сегодня начнемъ учиться ходить. Жэніа, назовите Литару и Зэану.
Дрожа отъ волненія, медленно поднялась графиня. Донъ Педро осторожно спустилъ съ кровати ея ноги. Съ обѣихъ сторонъ ее поддерживали служанки.
-- Ступите на коверъ. Медленно поднимайтесь, опираясь на Зэану и Литару. Сдѣлайте шагъ... Второй... Третій... Не больно?
-- Нѣтъ! не больно... хорошо... радостно! Графиня смѣялась, какъ дитя. Трепетныя слезы счастьи брызнули изъ голубыхъ ея глазъ, и подали частыми каплями.
Первая "прогулка" была недолгой. Донъ Педро снова уложилъ больную въ постель, и гладилъ ея пушистые бѣлые волосы, и успокаивалъ, какъ малое дитя. "Сколько доброты и нѣжности!" невольно подумала восхищенная Женя.
-- Вотъ и вторая награда. Это письмо больше мѣсяца пролежало на почтѣ.-- И донъ Педро передалъ графинѣ конвертъ съ хорошо ей знакомой печатью.
-----
Письмо лорда Дэвисъ графинѣ Ивковой.
Вы угадали, дорогой другъ. Я пишу Вамъ изъ Нью-Іорка. Огромный городъ давить меня своимъ величіемъ. Какимъ я себѣ кажусь малымъ и ничтожнымъ! Ваше второе письмо получилъ изъ Японіи, но тогда не было настроенія писать. Какая-то новая, смутная тоска меня временами преслѣдуетъ. Словно чего-то не хватаетъ, чего-то и желаннаго, и еще не понятаго. Куда-то влечетъ, но куда -- не знаю. Я не могу писать въ такія минуты, и въ этомъ настроеніи застало меня ваше письмо. А между тѣмъ за недѣлю до этого я охотно отвѣтилъ на милое посланіе миссъ Дроусъ. Помните молоденькую американку, которая такъ неудачно васъ посѣтила въ пріютѣ? Сейчасъ она въ Ниццѣ, пріобрѣла очаровательную виллу и... приглашаетъ меня. Но думаю, что Ницца еще не скоро меня увидитъ. Жажда передвиженія все сильнѣй! Чѣмъ длиннѣе переѣзды -- тѣмъ лучше. Лѣтомъ собираюсь въ Норвегію. Еще никогда не наслаждался ея фіордами. А говорятъ, что они прекрасны. Пишите мнѣ опятъ на Ниццу. И побольше о здоровіи и леченіи. Вы не балуете письмами Вашего вѣрнаго друга Сиднея Дэвисъ.