Мои слова его, видимо, задели. Он встал, взял полотенце, прошелся.
— Мягкий… Имейте в виду, товарищ Момыш-Улы, управляют не криком. Мягкий… Вовсе не мягкий!.. Ну, что ж принимать дивизион не хочется? А?
Я ничего не ответил, лишь посмотрел на генерала.
Он сказал.
— В академию бы вам надо… Ну, бог с вами! Обидится на меня полковник, но… выдержу как-нибудь отступательный бой… Будете командовать батальоном!
— Есть командовать батальоном, товарищ генерал!
Так случилось, что я, артиллерист, стал командиром батальона.
6
Еще несколько дней я пробыл в штабе. Присматриваясь, я старался распознать: как может управлять дивизией этот добрый, мягкий человек, лишенный, казалось бы, того, что именуется «напористостью»?
Однако он не всегда был мягок.