Юдиѳь. Одинъ день какъ будто лучше, другой -- плохо. Каждую минуту ожидаешь, что вотъ она узнаетъ насъ, а она и не видитъ никого, и не слышитъ ничего. Я очень много думала объ этомъ несчастій... Можетъ быть, оно избавило насъ отъ другаго -- еще большаго. Если бы Бланшъ узнала какъ нибудь случайно о женитьбѣ Жоржа, почемъ знать, эта вѣсть, пожалуй, убила бы ее окончательно. Она жива -- это главное; для насъ она не погибла. Если уходъ ей нуженъ, мы будемъ около нея; если бы намъ нужно было лишиться для нея куска хлѣба, мы обойдемся и безъ него; вѣдь она теперь не сестра для насъ, она -- нашъ ребенокъ.
Мари. Какая ты добрая, сестрица, и какъ я тебя люблю! (Цѣлуются).
Юдиѳь. И я тебя очень люблю. Подчасъ я капризна, но вы всѣ мнѣ дороги. Мнѣ кажется, что именно я, ваша старшая сестра, должна вывести всѣхъ насъ изъ затруднительнаго положенія и поставить семью на ноги. Какимъ образомъ? Не знаю еще. Я ищу средствъ и не нахожу. Если бы для этого потребовалось броситься въ огонь, я бы давно уже сгорѣла.
Мари. Говорила тебѣ мама о посѣщеніи Бурдона?
Юдиѳь. Нѣтъ. Зачѣмъ онъ являлся?
Мари. Тейссье поручилъ ему сдѣлать мнѣ предложеніе.
Юдиѳь. Ты нисколько не удивляешь меня. Не трудно было замѣтить, что ты нравишься Тейссье и что не сегодня-завтра ему вздумается посвататься къ тебѣ.
Мари. Какъ посовѣтуешь, принять или нѣтъ предложеніе?
Юдиѳь. Не спрашивай моего мнѣнія. Дѣло идетъ о тебѣ лично, ты сама и должна рѣшать. Поразмысливъ, взвѣсь хорошенько всѣ шансы, подумай только о себѣ. Если наше положеніе путаетъ тебя, если ты боишься нужды, выходи за Тейссье, но ты дорогой цѣной купишь намъ и себѣ покойную и беззаботную жизнь. Конечно, я знаю тебя, знаю твою любовь къ мамѣ и сестрамъ, знаю, что ради нихъ ты способна для нихъ обречь себя на то, что для тебя самой отвратительно, но мы считали бы себя непростительно виноватыми, совѣтуя тебѣ рѣшиться на жертву, выше которой не можетъ быть для женщины.
Мари. Все это ты говоришь отъ чистаго сердца; поцѣлуй меня еще разъ. ( Розалія входитъ въ дверь въ глубинѣ сцены; въ одной рукѣ у нея кофейникъ, въ другой -- полная кастрюля молока; она ставитъ все на столъ, подходитъ къ сестрамъ и смотритъ на нихъ вздыхая; Мари и Юдиѳь расходятся).