Связь между органами питанія растеній и ближайшею цѣлію послѣднихъ, также какъ съ общими явленіями природы, далеко не такъ очевидна, какъ въ царствѣ животныхъ. Всѣ растенія питаются веществами жидкими и газообразными, никакъ не твердыми; притомъ же они неподвижны, лишены чувства и смышлености, слѣдовательно не могутъ и выбирать себѣ пищи. Поэтому дѣятельность растительныхъ орудій питанія скрыта отъ глазъ человѣка, не углубляющагося въ причины и сущность вещей. Если же поглубже вникнуть въ дѣло, то окажется, что искомая нами связь до крайности очевидна.
Принятіе пищи, движеніе ея по растенію и самая переработка совершаются по тѣмъ общимъ физическимъ законамъ, которые царствуютъ во всей природѣ, и всѣ части растенія устроены именно такъ, чтобъ общія физическія силы наилучшимъ образомъ могли прилагаться къ спеціяльной цѣли питанія и неразрывнаго съ нимъ возрастанія растеній. Для примѣра вникнемъ въ принятіе жидкой пищи и движеніе ея по растеніямъ.
Растеніе есть существо, прикрѣпленное къ почвѣ: отсюда, и только отсюда, уже возникаетъ для него необходимость питаться жидкими или газообразными веществами. Если предположимъ противное, то что выйдетъ? Вопервыхъ, растенія должны были бы имѣть рты; вовторыхъ твердое вещество должно бы постоянно придвигаться къ этимъ ртамъ, а иначе растенія были бы поставлены въ необходимость пользоваться произвольнымъ движеніемъ, то-есть превратиться въ животныхъ... Словомъ, выходитъ цѣлый рядъ нелѣпостей. Разсуждаемъ далѣе. Питаясь жидкою пищей, растеніе можетъ не имѣть пищеварительныхъ пустотъ, подобныхъ кишечному каналу съ желудкомъ и пр. Если предположимъ противное, то-есть присутствіе желудка и кишекъ, то выйдетъ, что для принятія жидкостей растенія опять должны имѣть рты идя какіе-нибудь насосы, или же пользоваться произвольнымъ движеніемъ,-- иначе какъ же они будутъ вливать въ себя воду? Слѣдовательно, мы снова впадаемъ въ ту же нелѣпость.
Всѣ тѣла въ природѣ одарены проницаемостію. Золотой шарикъ, наполненный ртутью, пропускаетъ ее сквозь свои незамѣтныя поры, при сильномъ давленіи, въ видѣ тончавшей росы. Явленія проницаемости плоскихъ тѣлъ и поднятіе жидкостей чрезъ тончайшія волосныя трубочки, суть только варіанты общаго свойства проницаемости матеріи. Если комъ сухаго песку или земли нижнею частію погрузить въ воду, то вода подымается по тончайшимъ промежуткамъ, между частицами песка или земли, до самой верхушки комка. Если взять напримѣръ сухой кусокъ пузыря и погрузить его однимъ концомъ въ воду, то онъ вскорѣ весь намокнетъ, даже и въ той части, которая не погружена въ воду.
На проницаемости матеріи основано питаніе растеній: оно уподобляются губкамъ, нижними частями погруженнымъ въ году или въ сырую землю, и состоятъ изъ безчисленнаго множества микроскопическихъ пузырьковъ, коихъ плева, при неимовѣрной тонкости своей, быстро пропускаетъ жидкости. Вникая далѣе въ занимающее насъ явленіе, находимъ, что и самое движеніе растительныхъ соковъ происходитъ на основаніи той же проницаемости, на подобіе движенія воды отъ нижней части губки къ верхней. Но, также какъ и въ губкѣ, проникнувъ во всѣ поры, растенія, сокъ долженъ бы остановиться; онъ и остановился бы, если бы вода не испарялась постоянно на поверхности листьевъ и на молодыхъ частяхъ растенія. Итакъ, становится очевидно, что одна неподвижность растенія опредѣляетъ образъ его питанія, то-есть принятіе жидкой пищи, испареніе и движеніе ея, и наконецъ самое построеніе растенія изъ мельчайшихъ тонкостѣнныхъ пузырьковъ.
Ограничимся этою; столь очевидною, связью питанія растеній и строенія органовъ, служащихъ для него, съ физическими силами окружающей природы, ибо достаточно этого, чтобы показать читателю существованіе гармоніи въ ряду орудій питанія растеній. Обратимся теперь къ животнымъ, у которыхъ еще многочисленнѣе гармоническія явленія въ орудіяхъ и процессахъ питанія.
Отсутствіе произвольнаго движенія опредѣляетъ питаніе черезъ всасываніе; противное свойство опредѣляетъ питаніе твердыми веществами, громѣ жидкихъ и газообразныхъ. Поэтому, почти всѣ животныя одарены пищеварительными пустотами и ртами. Съ другой стороны, твердая пища, по формѣ своей, несравненно разнообразнѣе нежели газообразная и жидкая: отсюда безконечный рядъ приспособленій формъ, не только орудій пищепринятія и пищеваренія животныхъ, но и вообще всѣхъ частей его тѣла.
Связь между разными частями животнаго я его пищею до того очевидна, что всякому бросается въ глаза; но вмѣстѣ съ тѣмъ проявленія этой гармонической связи такъ многочисленны, что для указанія ихъ потребовалось бы слишкомъ много времени и мѣста, а потому постараемся лишь выбрать нѣсколько разительныхъ примѣровъ изъ отдѣла млекопитающихъ, какъ наиболѣе знакомыхъ каждому.
Орудія пищепринятія суть здѣсь челюсти и зубы; связь между ними и пищей животнаго такъ велика, что, какъ извѣстно, Георгъ Кювье, а вслѣдъ за нимъ и всѣ анатомы, по одному зубу воспроизводятъ всѣ формы животнаго. Относительно челюстей вообще можно сказать, что чѣмъ животное кровожаднѣе, тѣмъ челюсти его короче и сильнѣе. Ножницы съ длинными лезвеями слабѣе короткихъ; такъ точно и Челюсти, дѣйствующія совершенно на подобіе ножницъ. Поэтому напримѣръ у гіенъ, которыя жаднѣе всѣхъ хищныхъ и въ дребезги разбиваютъ зубами самыя крѣпкія кости, челюсти чрезвычайно коротки. Между собаками тоже замѣчается у бульдоговъ; за то гіены и бульдоги хватаютъ добычу съ такою силой, что нѣтъ возможности вырвать ее у нихъ. Вмѣстѣ съ короткостью челюсти естественно соединяется малочисленность зубовъ; и точно, у гіенъ зубовъ даже менѣе нежели у собакъ, волковъ, лисицъ и другихъ кровожадныхъ.
Еще короче челюсти и еще менѣе зубовъ у рода кошекъ, куда относятся львы, тигры, пантеры, ягуары и пр. Эти животныя представляютъ чистѣйшій типъ кровожадныхъ хищниковъ; особенно характерны у нихъ зубы, названные у Кювье хищническими (carnassières). Это зубы коренные, которыхъ вверху и внизу по два: верхніе имѣютъ видъ острыхъ и крѣпкихъ треугольниковъ, обращенныхъ остріями внизъ; нижніе же представляются двойными треугольниками, такъ что при замыканіи челюстей верхнія приходятся между двумя концами нижнихъ. Эти зубы, при основаніи толстые и сведенные къ краямъ острыми долотами, рѣжутъ мясо какъ бритвы, и безъ особаго усилія дробятъ самыя кости. Прибавьте къ этому такіе же острые жевательные зубы, по два сверху и снизу, съ каждой стороны, двѣ пары огромныхъ клыковъ {Зубы у человѣка и вообще у млекопитающихъ бываютъ трехъ родовъ: рѣзцы, клыки и коренные. Рѣзцы занимаютъ переднюю часть обѣихъ челюстей, у большей части животныхъ они служатъ для хватанія и отдѣленія куска пищи. Клыки занимаютъ передніе углы челюстей и, смотря по величинѣ своей и крѣпости, служатъ или для передача пищи на коренные, или за задержаніе и умерщвленіе живой добычи Коренные зубы занимаютъ остальные края челюстей и представляютъ у разныхъ животныхъ наибольшее разнообразіе поверхностей, ибо они-то именно и соображаются съ пищей.}, вооружающихъ челюсти на переднихъ углахъ, и будете имѣть понятіе о наступательныхъ орудіяхъ льва, тигра и всѣхъ другихъ кошекъ; орудія эти, очевидно, какъ нельзя лучше приспособлены къ образу жизни этихъ животныхъ.