Одна за другой смолкли чудныя пѣсни. Теперь были слышны только два голоса? они то сливались въ согласную гармонію, то отставали другъ отъ друга, и вдругъ раздавался одинъ возгласъ блистательный и яркій, какъ лучъ свѣта.
Священнослужитель наклонился и высоко надъ его головой сквозь голубую дымку фимиама глазамъ вѣрующихъ предстала безкровная жертва.
Въ эту минуту аккордъ началъ разростаться подъ пальцами маэстро Переса и цѣлый взрывъ величавой, грандіозной гармоніи наполнилъ церковь, заставляя звенѣть и содрогаться цвѣтныя стекла въ стрѣльчатыхъ окнахъ.
И каждая нота, каждый звукъ, составлявшіе этотъ дивный аккордъ превратился въ плѣнительную мелодію. Точно весь міръ вдругъ запѣлъ радостный гимнъ, привѣтствуя Рождество Спасителя? точно и воды и вѣтеръ и листва древесная, и птицы небесныя, и смертные люди, и свѣтлые ангелы -- всѣ возликовали вмѣстѣ каждый по своему.
Въ молчаніи благоговѣйно внималъ народъ. Во всѣхъ глазахъ блестѣли слезы. Руки священнослужителя дрожали отъ волненія.
А органъ все гремѣлъ, все наполнялъ церковь чудными звуками. Только они все затихали, и затихали точно теряясь въ отдаленіи... И вдругъ на хорахъ раздался страшный раздирающій крикъ, крикъ женщины...
Странный, глухой звукъ, похожій на рыданіе, испустилъ органъ... и умолкъ.
Толпа бросилась къ лѣстницѣ ведущей на хоры. Все заволновалось
-- Что это? Что случилось?-- слышалось повсюду.
Коррегидоръ города Севильи взошедній на хоры однимъ изъ первыхъ сошелъ внизъ блѣдный, взволнованный и поспешилъ къ архіепископу.