ВАХТАНГЪ. Говори, какое? Клянусь могилою отца и душею матери, что никакое препятствіе меня не остановитъ!... ни горы, ни моря, ни пропасти, ни страхъ казни, ни погибель, ни адъ, ни небо! Говори?
МАРТА. Все это гораздо легче, князь! Майко съ подругами ѣдетъ на ярмарку и теперь недалеко отсюда; съ ними только двое безоружныхъ погонщиковъ, стоитъ тебѣ, какъ горному орлу, налетѣть на нихъ и -- голубка твоя!
ВАХТАНГЪ. Правда, правда; спасибо, Марта! Вотъ тебѣ золото.-- А, Майко! Было время, что за одну твою привѣтливую улыбку я отказался бы отъ лучей солнца, за одинъ вздохъ изъ твоей груди я отдалъ бы все свое дыханіе; за одинъ поцѣлуй позволилъ бы тысячу разъ разить себя кинжаломъ въ одну и ту же рану; но ты оттолкнула меня!-- Хорошо... Такъ ты будешь же моею, хоть бы это стоило мнѣ цѣной тюрьмы или колодъ, которыя надѣваютъ на преступника. Леванъ, помнишь ли свое слово быть моимъ участникомъ во всемъ, что-бы я не задумалъ; жми крѣпче руку, жми, вѣдь ты не откажешься.
ЛЕВАНЪ. Вотъ рука моя.... я отъ тебя не отстану.
ВАХТАНГЪ. Увеземъ Майко! Эй, люди!.. Коней, (убѣгаетъ).
ЯВЛЕНІЕ VIII,
Марта (одна).
А! Гиго! а, Кекела! я змѣя!... я старая шакалка... я колдунья!... Хорошо! вотъ и подарочекъ жениху съ невѣстою! вотъ и плата вамъ за хлѣбъ-соль, которыми меня угостили!... Повеселитесь же теперь, да посмѣйтесь надъ старою Мартою.
ПЕРЕМѢНА ДЕКОРАЦІИ.
Театръ представляетъ внутренность жилища вахтангова; нѣсколько минутъ сцена пуста,-- наконецъ, Вахтангъ вноситъ безчувственную Майко и кладетъ ее на скамью.