ГИГО. О, какъ еще долго.
МАЙКО. Гиго, ты нетерпѣливъ, счастіе наше такъ близко...
ГИГО. Знаю, но я желалъ бы ускорить его... и какъ не желать?.. теперь я ищу случая, чтобы украдкой поцѣловать тебя (цѣлуетъ ее.) Начнемъ ли говорить -- присутствіе твоей матери останавливаетъ слова мои; мнѣ хочется, чтобы никто неслышалъ ихъ, кромѣ тебя... А когда ты будешь моею, тогда я могу говорить все, что шептываетъ мнѣ моя любовь, могу цѣловать тебя, лѣлѣять, потому-что я тогда безраздѣльно твой, а ты безраздѣльно моя.
МАЙКО. Да, да! твоя; я горжусь тобою, Гиго; ты такъ хорошъ, что всѣ подруги мнѣ завидуютъ; изъ нихъ любая отдала бы свой лучшій кушакъ за одинъ твой взоръ и, при встрѣчѣ съ тобою, забывъ законы приличія, отбросила бы чадру съ лица.
ГИГО. Что мнѣ до нихъ! одну тебя я люблю, Майко.
ЯВЛЕНІЕ III.
Прежніе и Кекела.
ГИГО. А вотъ и матушка!
КЕКЕЛА. А, вы опять вмѣстѣ и нашептываете другъ другу сладкія рѣчи!
МАЙКО. Онъ только сейчасъ вошелъ.