В тишь полнощную,
Кроткий свет твой любя,
Все поет про тебя
Песнь роскошную.
Какая неудачная -- изысканная и приторная -- подделка под народность!.. Найдется ли здесь хоть стих, в котором отозвалась бы живая народная русская речь?.. Как болезненно-неприятно звучат в ухе эти слова, подслушанные у народа, так мастерски, так свободно владеющего ими, -- а здесь так неудачно поставленные, угловато и дико выглядывающие из несвободно льющегося, галантерейно обточенного, примазанного и прилизанного стиха!.. Светик, светик-душечка, жар-игрушечка, одинешенька, бледнешенька!.. И что за мысль!., как много в ней родственного с размашистой и величавой народной нашей фантазией!.. "Светик луна! отчего ты не сойдешь к нам звездной лестницей -- погулять по росе; мы бы тебя прилелеяли с сладострастной тоской..." О господин Новый Поэт! вы, который с таким удивительным успехом подвизаетесь Во всех родах поэзии, -- неужели вы не найдете в своем уме ничего, что бы могло быть достойно этого необыкновенного подлинника?.. Перёд вами богатый материал... Здесь олицетворяется луна -- в женском роде; можете, пожалуй, в своем стихотворений олицетворить ее в мужском; стих: с сладострастной тоской -- благоволите удержать: он так хорош, что вам, верно, лучше ничего не выдумать, -- а все остальное предоставляется вашему воображению...
Господин Новый Поэт выступил несколько шагов вперед, стал в приличную позицию, подумал минуту и начал так:
Что, мой месяц-дружок,
Ходишь так одинок
И скорешенько?
Ты хоть полон огня,