3 января 1838, Москва
1837. Понедельник 3 генваря.
Что-то ты делаешь, Мишель? Скоро ли узнаю я об этом что-нибудь? Боткин нынешний день едет в Харьков; вчера я провел с ним последний вечер. Статья моя подвигается, хотя ы медленно. Впрочем, о первом представлении все кончил 1.
Сейчас пью кофий и читаю книгу, лежа на кушетке, а собака моя, лежа подле меня, ворчит и лает на портрет Пушкина. Вот все, что пока мог написать к тебе. Прощай,
Твой В. Б.
29. А. А. БЕЕР
13 января 1838. Москва.
Москва. 1838 года, генваря 13 дня.
Милостивая государыня Александра Андреевна! Благодарю Вас за доверенность, которой Вы меня удостоили и которой я знаю и побуждения и цену. Я совершенно согласен с Вами насчет того, что Варвара Александровна не должна ехать в Ивановское:1 это-то ее несторожное и необдуманное намерение и заставило Мишеля ехать в Козицыно. Письмо отца, о котором Вы уже знаете, было второю важною причиною, побудившею его окончательно уяснить все эти отношения, сколько запутанные, столько и пошлые. Уезжая, он дал мне слово писать каждый день и, по обыкновению, не сдержал его, почему я насчет его семейства и его самого нахожусь в такой же мучительной неизвестности, как и Вы.
Почтеннейший Александр Михайлович является человеком очень двусмысленным, так что много, что мы все приписывали известной особе, должно теперь отнести к его италиянской политике2. Ужасный человек! Я теперь принял за правило верить только тем людям, которых могу почитать родными себе по чувству и взгляду на вещи. Бога ради, не увидьте здесь скептицизма: люблю людей, но презираю пошляков, а между теми и другими большая разница, хотя те и другие равно необходимые звенья в пени жизни. Впрочем, я со дня на день более и более мирюсь с прекрасным божиим миром и уверяюсь, что в нем все благо и истинно, даже и то, что прежде я почитал злом. Но с собою я еще не могу помириться, почему все еще живу в пошлой области прекраснодушия. Извините за эти подробности о себе самом, которых Вы не требовали; я потому решился говорить о них, что Ваше письмо пристыдило меня, показав мне, что Вы лучше меня умели понять жизнь, хотя я, и еще недавно, почитал себя ближе к истине. Впрочем, это меня радует: дай бог, что<бы> все, что достойно счастия, было счастливо. Постарайтесь достать себе "Современника" за прошлый год: кто не читал его, тот не знает Пушкина. О, какой великий поэт, какая огромная, глубокая душа! Я недавно узнал, чего лишилась в нем Россия3. Мое почтение Наталье Андреевне и Анне Константиновне; желаю, чтобы они так же помнили обо мне, как я об них.