Боже, не имела ли она всех прав на жизнь, на счастие, на блаженство? Кто же достоин всего этого, если не она? И что же -- она-то и выпила всю чашу страданий и мук. Где же справедливость? Ум оскорбляется, сердце возмущается. Нет -- не обманчивы таинственные предчувствия сердца: она живет и блаженствует. Смерть была для нее не прекращением страданий, но наградою за них, новою, лучшею жизиию.
Восстань с лучом преображенья
В твоих лазоревых очах.
Лети, лети в края отчизны,
Оковы тлена в прах сорви,--
И с ним пребудь в единой жизни,
В единой зиждущей любви! 10
Это его стихи. Да, с ним в единой жизни. Я знаю, он не будет больше любить. Теперь он будет развязан и свободно начнет свою жизнь страдания, которой он всегда так жаждал. Кто глубок духом -- тот откажись заранее от счастия. Глубина духа есть страшный дар -- она венец, но терновый. Такой человек не променяет своего страдания на счастие людей обыкновенных, но не раз воскликнет:
Ох, тяжела ты, шапка Мономаха! 11
Ты великую истину сказал: жизнь и прекрасна и ужасна вместе.