-- Хотѣлось бы мнѣ знать почему?-- возразилъ я.
-- Потому что книги послѣдняго столѣтія будутъ для васъ новостью,-- отвѣчала она.-- У васъ при чтеніи будетъ столько захватывающаго интереса, что въ теченіе пяти лѣтъ вамъ едва ли останется время на пищу. Ахъ, что бы я дала, если бы мнѣ еще предстояло читать романы Беррьяна.
-- Или Несмита, мама,-- прибавила Юдиѳь.
-- Да, или поэмы Оатса, или "Прошедшее и настоящее", или "Вначалѣ" или... я могла бы назвать нѣсколько книгъ, изъ которыхъ за каждую можно отдать годъ жизни,-- съ энтузіазмомъ воскликнула миссисъ Литъ.
-- Отсюда я заключаю, что въ это столѣтіе написано много хорошихъ литературныхъ произведеній.
-- Да,-- сказалъ докторъ Литъ,-- это была эра безпримѣрнаго умственнаго блеска. По всему вѣроятію, человѣчество дотолѣ никогда не испытывало такого нравственнаго и матеріальнаго развитія, столь громаднаго по объему и столь ограниченнаго по времени, какъ въ началѣ этого столѣтія, при переходѣ отъ стараго порядка къ новому. Когда люди стали понимать всю громадность счастія, выпавшаго на ихъ долю, и убѣдились, что пережитый ими переворотъ явился не только улучшеніемъ ихъ положенія въ частности, но и доведеніемъ человѣческаго рода до высшей ступени существованія, съ неограниченной перспективой прогресса, тогда умы ихъ дошли до такого напряженія всѣхъ своихъ способностей, о какомъ средневѣковое возрожденіе можетъ дать лишь слабое понятіе. Затѣмъ наступила эпоха механическихъ изобрѣтеній, ученыхъ открытій, творчества въ областяхъ искусства, музыки и литературы, эпоха безпримѣрная за все время существованія міра.
-- А вотъ кстати,-- сказалъ я,-- мы заговорили о литературѣ; какимъ образомъ издаются теперь книги? Тоже націею?
-- Конечно.
-- Но какъ же вы это устраиваете? Издаетъ ли государство все, что ему доставляется, само собой разумѣется,-- на общественный счетъ, или оно удерживаетъ за собою право цензуры и печатается только то, что одобряется ею?
-- Ни то, ни другое. Отдѣленіе книгопечатанія не облечено цензорской властью. Оно обязано печатать все, что ему доставляется, но печатаетъ только подъ условіемъ, если авторъ платитъ издержки по изданію изъ своего кредита. Онъ долженъ заплатитъ за привиллегію обращаться жъ обществу, и если онъ имѣетъ сказать что либо достойное вниманія, то, надо полагать, онъ охотно подчинится этому. Конечно, будь доходы неравными, какъ въ старыя времена, это правило давало бы возможность авторства исключительно людямъ богатымъ, но такъ какъ денежныя средства гражданъ одинаковы, то это правило служитъ только мѣриломъ силы побужденій писателя. Стоимость изданія книги средняго формата можетъ быть покрыта изъ годоваго кредита путемъ сбереженія и нѣкоторыхъ лишеній. Изданная книга выставляется націею на продажу.