-- Пока еще нѣтъ,-- отвѣтилъ я.-- Откровенно сказать, я опасался, что это помѣщеніе можетъ пробудить во мнѣ воспоминанія и потрясти мое душевное равновѣсіе.
-- Это правда,-- сказала она.-- Вы хорошо сдѣлали, что не пошли туда. Какъ это мнѣ не пришло въ голову...
-- Напротивъ,-- возразилъ я;-- я радъ, что вы заговорили объ этомъ. Опасность, если она и была, продолжалась только день или два. Прежде всего я вамъ сказалъ, что чувствую себя освоившимся съ этимъ новымъ свѣтомъ и я охотно пошелъ бы туда, если бы вы провели меня.
Юдиѳь сперва не соглашалась, но видя, что я рѣшился серьезно, выразила готовность сопровождать меня.
Куча земли, выброшенная изъ вырытой ямы, виднѣлась между деревьями. Сдѣлавъ всего нѣсколько шаговъ, мы дошли до нея. Все оставалось въ томъ же видѣ, какъ въ то время, когда работа была прервана открытіемъ жильца этихъ покоевъ. Только дверь была отворена и плита вынутая съ крыши, положена на свое мѣсто. Сойдя внизъ, мы вошли въ дверь и очутились въ тусклоосвѣщенной комнатѣ.
Все было такъ, какъ я видѣлъ въ послѣдній разъ, въ тотъ вечеръ, сто тринадцать лѣтъ тому назадъ, когда я уснулъ крѣпкимъ сномъ. Нѣкоторое время я стоялъ молча, осматриваясь кругомъ. Я видѣлъ, что моя спутница украдкой посмотрѣла на меня съ выраженіемъ боязни и сострадательнаго любопытства. Я протянулъ ей руку, а она подала мнѣ свою. Ея нѣжные пальцы отвѣчали мнѣ успокаивающимъ пожатіемъ руки. Наконецъ она прошептала:
-- Не лучше-ли намъ уйти отсюда? Вы, вѣдь, не можете слишкомъ много полагаться на себя. Какъ странно все это должно быть для васъ!
-- Напротивъ,-- возразилъ я,-- мнѣ это не кажется страннымъ и вотъ это-то и страннѣе всего въ моемъ положеніи.
-- Дѣйствительно, все кажется страннымъ,-- повторила она.
-- Нисколько,-- сказать я.-- Тѣ душевныя движенія, которыхъ вы, очевидно, ожидали отъ меня и которыя мнѣ также казались неизбѣжными при этомъ посѣщеніи, просто отсутствуютъ. Я воспринимаю въ себѣ впечатлѣнія, вызываемыя окружающими меня здѣсь предметами, но безъ всякаго волненія. Я дивлюсь этому самъ больше вашего. Съ того ужаснаго утра, когда вы пришли мнѣ на помощь, я старался не думать о моей прежней жизни и избѣгалъ явиться сюда изъ боязни волненія. По отношенію ко всѣмъ подобнымъ впечатлѣніямъ я нахожусь въ положеніи человѣка, который не прикасается къ поврежденному члену своего тѣла изъ боязни причинитъ себѣ этимъ сильную боль и который, попробовавъ двигать имъ, замѣчаетъ, что онъ парализованъ и лишился чувствительности.