Въ 8 часовъ утра я съ Г. Лазаревымъ поѣхалъ на берегъ къ Королю, его Секретарю Поафаю и къ Г. Ношу. Мы вошли прямо на берегъ у дома Г. Нота. Домъ сей построенъ на взморьѣ, лицемъ къ заливу. Застали хозяина и онъ познакомилъ насъ съ своею женою. Молодая Англичанка привыкла къ уединенной жизни; хотя не красавица, но имѣетъ даръ сократить скучный образъ жизни Г. Нота. Оба они, выѣхавъ изъ Англіи, не желаютъ нынѣ возвратиться въ свое отечество; считаютъ себя счастливѣе на островѣ Отаити.
Г. Нотъ обязалъ насъ, принявъ на себя трудъ, проводить къ Королю. Мы пошли вдоль по песчаному взморью къ мысу Венеры, гдѣ нашли Г. г. Михайлова и Симанова, окруженныхъ множествомъ островитянъ обоего пола и различнаго возраста. Г. Михайловъ занимался рисованіемъ вида Матавайской гавани, а Г. Симановъ повѣркою хронометровъ, на самомъ томъ мѣстѣ, гдѣ Капитанъ Кукъ, господинъ Бенксъ и Гринъ наблюдали, за 51 годъ передъ симъ, прохожденіе Венеры, и съ такою точностью опредѣлили долготу сего мыса. Я пригласилъ Г. Михайлова идти съ нами, надѣялся, что онъ увидитъ предметы достойные его кисти. Отсюда намъ надлежало переѣхать рѣчку, которая течетъ съ горъ, и извиваясь на Матавайской равнинѣ, впадаетъ въ море. Старуха, стоявшая по другую сторону рѣчки, но просьбѣ Г. Нопта вошла въ воду по колѣно; пригнала къ намъ лодку, въ которой потащила насъ къ противулежащему берегу, и въ награду за трудъ получила двѣ нитки бисера, чему весьма обрадовалась. Мы вышли на берегъ, прямо въ кокосовую рощу. Не взирая, что солнце было уже очень высоко, за густотою листьевъ пальмовыхъ деревъ, лучи его рѣдко мѣстами проникали, образуя въ воздухѣ свѣтлые косвенные параллельные пути свои. Въ тѣни высокихъ пальмовыхъ деревъ мы подошли къ Королевскому дому. Онъ обнесенъ вокругъ досчатымъ заборомъ къ 2 1/2 фута вышины; мы перешли посредствомъ крытыхъ въ землю съ обѣихъ сторонъ толстыхъ колодъ, вышиною въ половину забора, который необходимо нуженъ, чтобы оградить домъ отъ свиней; онѣ ходятъ на волѣ и питаются упавшими съ деревъ плодами и кокосовыми орѣхами. Сдѣлавъ нѣсколько шаговъ, мы прошли сквозь домъ, длиною около 7ми, шириною около 5ти саженъ. Крышка лежитъ на 3хъ рядахъ деревянныхъ столбовъ; средній рядъ поставленъ перпендикулярно, а два крайніе не выше шести футъ, имѣютъ наклонъ внутрь, покрыты матами; крышка состоитъ изъ двухъ наклонныхъ плоскостей, покрыта листьями дерева, называемаго Фаро. Въ горницѣ по обѣимъ сторонамъ стояли широкія кровати на Европейскій образецъ, и были покрыты желтыми одѣялами. Изъ дома мы опять перешли чрезъ заборъ въ другую сторону, гдѣ возлѣ малаго домика на постланныхъ на землѣ матахъ, Король съ своимъ семействомъ сидѣлъ сложивъ ноги и завтракалъ поросячье мясо, обмакивая въ морскую воду, налитую въ гладко обдѣланныхъ черепкахъ кокосовыхъ орѣховъ. Завтракающіе передавали кушанье изъ рукъ въ руки, ѣли съ большою охотою, облизывая пальцы {У Князей Абазійскихъ, живущихъ по Восточному берегу Чернаго моря, за обѣдомъ также садятся все въ большой кругъ на полъ и пристально наблюдаютъ за каждымъ движеніемъ своего Князя (который раздѣляетъ барана), чтобъ не упустить я поймать руками кусокъ мяса, брошенный каждому въ очередь.}; оставшіяся кости бросали собакѣ. Вмѣсто воды пили кокосовую воду изъ орѣха, отбивъ искусно верьхъ онаго топорикомъ. Въ лѣвой сторонѣ отъ сего мѣста островитянинъ пріуготовлялъ кушанье изъ хлѣбнаго плода и кокоса; въ правой возлѣ самаго дома стоялъ разный домашній приборъ.
Король, пожавъ намъ руки, сказалъ: корона. По приказанію его принесли для насъ низенькія скамейки, ножки коихъ были не выше шести дюймовъ, каждому подали стеклянный бакалъ полный свѣжей кокосовой воды. Сей прохладительный напитокъ весьма вкусенъ. Разговоры наши были обыкновенные. Здоровы ли вы, какъ нравится вамъ Отаити и сему подобное. Между тѣмъ Г. Михайловъ, отошедъ шаговъ на 6 въ сторону, срисовывалъ всю Королевскую группу, сидящую за завтракомъ. Прочіе островитяне окружали Г. Михайлова, сердечно смѣялись, и о каждой вновь изображенной фигурѣ расказывали Королю. Когда завтракъ кончился, Король вымылъ руки и насъ оставилъ съ Королевою. возвратившись, взялъ меня за руку и повелъ въ малой домикъ, шириною въ 14, длиною въ 28 футъ. Домикъ сей разгороженъ поперегъ на половинѣ длины. Та половина, въ которую мы вошли, служила 1З20 кабинетомъ. Къ одной стѣнѣ поставлена двухъспальная кровать, а къ другой на сдѣланныхъ полкахъ лежали Англійскія книги и свернутая карта земнаго шара; подъ полками стоялъ сундукъ съ замкомъ и шкатулка краснаго дерева, подаренная Англійскимъ Библейскимъ Обществомъ. Я примѣтилъ, что присутствіе Г. Нота не нравилось Королю, и онъ поспѣшилъ запереть дверь; потомъ показалъ свои часы, карту, тетрадь начальныхъ правилъ Геометріи, которой онъ учился съ Англійской книги, и что понималъ, списывалъ въ сію тетрадь на Отаитскомъ языкѣ. Вынулъ изъ шкатулки чернилицу съ перомъ и лоскутомъ бумаги, подалъ мнѣ, прося написать по Русски, чтобъ подателю сей записки отпущена была бутылка рому. Я написалъ, чтобъ посланному дать 3 бутылки рому и 6 Тенерифскаго вина. Въ сіе время вошли Г. Нотъ и Лазаревъ. Король смутился, поспѣшно спряталъ записку, чернилы, бумагу, Геометрическую тетрадь и перемѣнилъ разговоръ. Побывъ недолго у Короля, мы послѣдовали за Г. Нотомъ извилистою тропинкою въ тѣни лимонной и апельсинной рощи. Сіи плодоносныя деревья, подъ открытымъ небомъ, въ благорастворенномъ климатѣ, растутъ, какъ другія деревья, безъ всякаго отъ островитянъ попеченія. Мы видѣли нѣсколько опрятныхъ домиковъ, и въ одинъ разстворенный зашли. Въ домѣ не было никого; посрединѣ стояла двухъ спальная кровать, покрытая опрятно желтымъ одѣяломъ; надъ изголовьемъ въ крышѣ за жердью положено было Евангеліе. Не большая скамейка на низкихъ ножкахъ, камень, которымъ разтираютъ кокосовые орѣхи и нѣсколько очищенныхъ черепковъ сихъ орѣховъ, составляли весь домашній приборъ счастливыхъ островитянъ. Съѣстные припасы ихъ почти безпрерывно въ продолженіи года готовы на деревьяхъ, когда имъ нужны снимаютъ, нѣтъ никакой надобности заготовлять въ запасъ и беречь для будущаго времени. Вѣроятно, хозяева сего дома увѣрены въ неприкосновенности собственности каждаго, совершенно покойно полагаясь на честность сосѣдей, оставили жилищѣ свое. Гдѣ, кромѣ какъ на островѣ Отаити, можно сіе сдѣлать и потомъ не раскаиваться? Прошедъ еще нѣсколько далѣе по тропинкѣ, между кустарниками и небольшимъ лѣсомъ, мы достигли къ церквѣ; она построена на подобіе Королевскаго дома; по срединѣ во всю длину проходъ между деревянныхъ по обѣимъ сторонамъ поставленныхъ скамѣекъ, къ одной сторонѣ сдѣлана на четырехъ столбахъ, вышиною въ пять футъ, окруженная перилами каѳедра, съ которой Миссіонеръ проповѣдуетъ Слово Божіе. Вообще по внутреннему устроенію церковь подобна Реформатской. Изъ церкви мы вышли на взморье, и прошедъ къ Востоку съ полмили, достигли къ дому Секретаря Паофая. Врытыя въ землю колоды, какъ выше упомянуто, и теперь способствовали намъ перейти чрезъ низкій досчатый заборъ. Одна сторона дома была на взморьѣ, во внутренности мы увидѣли молодую прекрасную Отаитянку, жену Паофая, сидящую съ подругами своими на посланныхъ на землю матахъ; она кормила грудью своего ребенка; всѣ были одѣты весьма чисто въ бѣлое Отаитское платье, за ушами имѣли цвѣты. Паофая не было дома. Г. Ношъ показалъ намъ весьма чистую спальню, въ коей стояла двухъ-спальная кровать, покрытая желтымъ одѣяломъ съ красными узорами, столикъ и на ономъ шкатулка. Добродушная хозяйка, по просьбѣ Г. Нота, отворила шкатулку и показала намъ хранящуюся въ оной книгу; въ сію книгу всѣ дѣла, заслуживающія вниманія, записываются на Отаитскомъ языкѣ весьма хорошимъ почеркомъ. Г. Нотъ выхвалялъ дарованія сего островитянина. Потомство конечно ему будетъ благодарно за таковое хорошее начало Исторіи острововъ Общества; а имя его останется незабвенно въ лѣтописяхъ острова Отаити. При прощаніи я подарилъ женѣ Паофая нѣсколько паръ сережекъ, а подругамъ ея каждой по одной парѣ. Онѣ казались довольны нашимъ посѣщеніемъ и подарками; разсматривая сережки, подносили ихъ къ ушамъ.
Время уже было за полдень, мы пошли назадъ тою же дорогою, нѣсколько оную сократили тѣмъ, что островитяне на плечахъ перенесли насъ чрезъ рѣчку. Въ домѣ Г. Нота отдохнули и освѣжились кокосовою водою. Вода сія когда свѣжа, при усталости въ знойной день, кажется лучше всѣхъ существующихъ извѣстныхъ напитковъ.
Мы встрѣтились на мысѣ Венерѣ съ Г. Заводовскимъ и Симановымъ; первый съѣзжалъ на берегъ для прогулки послѣ сорокадневной тяжкой простудной болѣзни, чтобъ подышать береговымъ бальзамическимъ воздухомъ въ тѣни пальмовыхъ и другихъ цвѣтущихъ деревъ; у мыса Венеры мы сѣли въ катеръ и отправились на шлюпъ Востокъ.
Послѣ обѣда Король пріѣхалъ къ намъ со всѣмъ семействомъ и приближенными. Хотя я приказывалъ пускать на шлюпъ однихъ начальниковъ, однако сего не возможно было исполнить, ибо сами начальники приводили островитянъ, называя ихъ своими пріятелями, просили чтобъ ихъ пустить. Таковыхъ гостей въ продолженіи дня набралось много; угощеніе наше было обыкновенное. Нѣтъ ни одного Отаитянина или Отаитянки, которые бы не выпили съ большимъ удовольствіемъ грокъ, а какъ весьма часто графины осушались, и при каждомъ таковомъ случаѣ я приказывалъ моему деньщику Мишкѣ, вновь наполнять оные, то не рѣдко оставлялъ графины на довольное время пустыми, дабы не бесѣдовать съ пьяными островитянами. Желаніе пить преодолѣвало ихъ терпѣніе. Король и нѣкоторые чиновники сами начали кликать: Миса! Миса! и когда онъ на призывъ ихъ приходилъ, показывали, что графины пусты. Онъ бралъ графины поспѣшно, но возвращался медленно, и то съ весьма слабымъ грокомъ. За таковую хитрость они его не полюбили и считали весьма скупымъ. Когда по просьбѣ ихъ я имъ что дарилъ, и приказанія о семъ дѣлалъ кому нибудь иному, они радовались, а когда приказывалъ деньщику, чтобъ подалъ такую то вещь, неудовольствіе обнаруживалось на ихъ лицахъ, и они повторяли: Миса! Миса! Такимъ образомъ онъ навлекъ на себя неблагорасположеніе знатныхъ людей острова Отаити.
Сего дня я представилъ Королю двухъ мальчиковъ, пришедшихъ ко мнѣ на островѣ Матея. Онъ ихъ распрашивалъ, смѣялся и передразнивалъ, когда они съ ужасомъ вспоминали, разсказывая, какъ были преслѣдуемы людоѣдами, дѣлали всѣ тѣ кривлянія, которыя островитяне обыкновенно дѣлаютъ при своихъ празднествахъ и когда ѣдятъ взятаго плѣнника. Чрезъ Переводчика Виліама мы вѣрнѣе узнали причину несчастнаго приключенія четырехъ мальчиковъ. Они съ острова Анны занесены крѣпкимъ вѣтромъ къ острову Матеа; ихъ было всѣхъ 10 человѣкъ; вскорѣ послѣ сего пристали лодки съ острова Тай, жители коего называются Вагейту. Они перебили всѣхъ прежде пріѣхавшихъ и по безпрестанной между ими враждѣ, всѣхъ съѣли, кромѣ сихъ четырехъ, которые спаслись въ кустахъ во внутренности острова; а жители съ острова Тай, не видя непріятелей, отправились. Усмотрѣвъ приближающіяся Европейскія суда, мальчики обрадовались; ибо отъ родственниковъ слыхали, что Европейцы обходятся ласково, и людей не ѣдятъ, и потому спѣшили къ мысу, дѣлали знаки, чтобъ съ судовъ увидѣли. Я предоставилъ имъ на волю остаться на шлюпѣ или на островѣ Отаити. Коль скоро они объявили желаніе остаться на островѣ, я поручилъ старшаго покровительству Паофая, а младшаго, его брату Военному начальнику. Г. Лазаревъ привезенныхъ имъ двухъ мальчиковъ оставилъ въ покровительство двухъ другихъ начальниковъ.
Мальчики нашли на островѣ Отаити своихъ земляковъ съ острова Анны и весьма обрадовались, увидя ихъ. Старшій подвелъ одного ко мнѣ и сказалъ, что онъ съ острова Анны; когда я въ томъ усомнился, онъ показалъ на тѣлѣ испестренія, которыя были такія же, какъ у него, и какія я видалъ на ляшкахъ у пріѣзжавшаго къ намъ съ острова Нигири. Изъ сего заключаю, что и лодка на островѣ Нигири была тамъ для промысла съ острова Анны.
Къ 8ми часамъ вечера число гостей нашихъ весьма умножилось; чтобъ ихъ нѣсколько занять, я приказалъ пустить съ юта 20 ракетъ разныхъ родовъ. Король при семъ явленіи всегда прятался за меня. По окончаніи забавъ, всѣ разъѣхались довольны, и прощаясь съ нами повторяли: юрана! юрана!
Г. Заводовскій и прочіе Офицеры, бывшіе сего дня на берегу, не могли довольно нахвалиться честностію и дружелюбнымъ обхожденіемъ островитянъ. Каждый изъ нихъ старался услужить нашимъ путешественникамъ, быть ихъ проводникомъ. Г. Демидовъ оставался весь день на берегу у налитія прѣсной воды, присталъ съ баркасомъ прямо къ песчаному взморью, отъ мыса Венеры къ Югу на полмили. Въ шестидесяти саженяхъ отъ сего мѣста вдоль берега протекаетъ рѣчка; наливаніе производилось весьма успѣшно. Отаитянскіе мальчики охотно входили въ рѣчку, наполняли анкерки и доставляли къ берегу. Нашимъ матросамъ оставалось только носить боченки къ гребнымъ судамъ, и они едва успѣвали ходить взадъ и впередъ. Островитяне изъявляли служителямъ свою благопріязнь и гостепріимство, приглашали ихъ въ ближніе домы, угощали кокосовыми орѣхами и апельсинами.