Не стерпел старший брат; - Брось, батюшко, слушать, ведь это все враки, какой-то к тебе пришел выходец с того свету, а ты слушаешь его!
- Вот что, сынки, вы не хотите слушать, то платите штрафы, а ты, выходец, говори дальше, меня очень интересует этот рассказ, чем он кончится.
Да, уплатили ему деньги, и он начинает говорить вперед:
- Иван уехал в ту дорогу, где женатому быть, подъезжает на площадь: два шатра стоят, смотрит. 'На-ко, братьевы кони, наши, царские'. Приезжает ко крыльцу. Вдруг выбегают девица и молодица. 'Молодец, молодец, не убирай лошадь, мы уберем, иди в комнату'. - 'Дело не ваше, я хозяин лошади, я и уберу'. Взял лошадь, отвел на то место, где братьевы, насыпал им пшеницы и пошел в шатер. Заходит в шатер, прибегает молодица и говорит: 'Молодец, молодец, садись за стол есть, ешь - не наедайся, пей - не напивайся, с молодой спать собирайся и досуха ложки не вытирай'. Он отвечает ей:
'У нас так: помрут - не плачут, пьют - не потчуют, скол ко хочу, столько и поем. А дело мое - утру или нет ложку'. Попил, поел, приходит молодица, берет его за руку и уводит к кровати. Вот она и говорит: 'Ну, ложись теперь к стене, а я повалюсь на край'. - 'Нет, у нас, на Руси, спят мужчины всегда на краю, а женщины у стенки'. И заспорили. Берет он ее на руки и закинул на кровать к стенке, сам лег на край. И оба лежат молча. Иван все смотрел, когда лежал, что такое есть эта кровать, и рассмотрел, что тут есть рычаг, который раздвигает кровать. Немного подумал Иван, схватил этот рычаг, как раздернет, кровать раздвоилась, и она полетела в погреб. Когда она упала в погреб, то увядали озлобленные, ну, в общем, женихи, то кряду ее взяли и растерзали на мелкие части. Иван соскочил с кровати, пришел к девице и говорит:
'Сказывай сейчас же, где ключи от погреба, а то застрелю'. Не стерпел опять яте Василий:
- Брось ты, батюшко, слушать. Ведь это он тебе проскажет несколько суток, и ты все будешь слушать, а у нас гости заняты другим весельем, а ты все будешь слушать какого-то враля.
- Ну, коли я, ваше величество, вру, то я рассказывать больше не буду, платите четыреста рублей.
Царь приказал сыну платить деньги и говорит:
- Ну, выходец с того свету, рассказывай дальше, уж больно твой рассказ стал затрагивать, дальше, и хочу все до конца услыхать.