Культъ богини Изиды былъ весьма распространенъ въ древнемъ мірѣ. Мы его встрѣчаемъ не только въ Египтѣ, но и въ Вавилонѣ, этомъ публичномъ домѣ Востока, въ Ассиріи и Финикіи (культъ Астарты), у Фригійцевъ, въ Лидіи (поклоненіе Милетѣ, Цибелѣ). У Грековъ культъ Афродиты былъ скопированъ съ соотвѣтствующихъ культовъ древнихъ народовъ Востока, и въ этомъ смыслѣ Афродита -- родная сестра Изиды, Астарты, Милеты и др. Поклоненіе богинѣ любви, олицетворявшей собою воспроизводительную силу природы,
4 состояло въ томъ, что въ храмѣ богини дѣвушки приносили въ жертву свою дѣвственность, отдаваясь сначала жрецамъ. Затѣмъ обрядовая проституція открывала свои объятія знатнымъ иностранцамъ и, наконецъ, богатымъ соотечественникамъ. Доходы отъ продажи женскаго тѣла всецѣло поступали въ пользу храма, т.-е. жрецовъ.
Впослѣдствіи Афродита имѣла серьезныхъ конкурентовъ въ лицѣ Адониса и Вакха. Храмы послѣднихъ посѣщались еще охотнѣе, ибо кромѣ любви, за ту же цѣну, тамъ предлагалось и веселье. Римскіе жрецы культивировали кромѣ Венеры, Адониса и Вакха (Бахуса), какъ доходныхъ боговъ, еще Пріапа и Фаллуса -- боговъ плодородія въ обширномъ смыслѣ слова. У римлянъ существовалъ безобразный обычай: новобрачная садилась на изображеніе Фаллуса, который и лишалъ ее дѣвства. Впослѣдствіи обязанность эту приняли на себя жрецы, полководцы, начальники, создавъ, законъ Jus primae noctis, примѣнявшійся и нашими помѣщиками во время крѣпостничества. Для избавленія отъ неплодія женщины носили амулеты, изображавшіе Фаллуса. Ему же приписывалась чудодѣйственная сила излѣчивать импотентовъ; его изображеніе, кстати сказать, весьма безнравственное на современный взглядъ, играло видную роль въ чарахъ жрецовъ противъ мужского безсилія.
Нѣкоторыя болѣзни, въ мѣстахъ, гдѣ онѣ свирѣпствовали съ особой силой, возводились жрецами въ божества. Такъ, въ Римѣ мы встрѣчаемъ храмъ Deae febris -- богини лихорадки. Какъ извѣстно, болотистыя окрестности Рима -- очагъ маляріи. Каста жрецовъ множилась, а съ нею вмѣстѣ возрастало число божествъ, увеличивалось и количество храмовъ, вступавшихъ между собою въ самую отчаянную конкуренцію. Какъ въ наши дни имѣются свѣтила науки и всемірно извѣстные шарлатаны, точно также и въ древнемъ мірѣ мы встрѣчаемъ знаменитые своими чудесными исцѣленіями храмы. Необычайной славой пользовались храмы Сераписа въ Мемоисѣ, Канонусѣ и Александріи, храмы Эскулапа въ Эпидаврѣ, Косѣ (Греція), Нергамѣ (Малая Азія). Къ храмамъ этимъ со всѣхъ сторонъ тянулась длинная вереница паломниковъ въ чаяніи найти исцѣленіе отъ душевныхъ и тѣлесныхъ недуговъ. Больные, ранѣе чѣмъ вступать въ храмъ, должны были очиститься отъ "скверны". Съ этой цѣлью они вмѣстѣ съ приносимыми обильными дарами поступали всецѣло въ руки жрецовъ. Дары отбирались "въ пользу храма". Искавшій исцѣленія, смотря по обилію и цѣнности принесеннаго, подвергался болѣе-менѣе тщательной очисткѣ подъ наблюденіемъ и руководствомъ жрецовъ. Постомъ и молитвою онъ очищалъ свои грѣховные помыслы, тѣло обмывалъ въ священномъ источникѣ, натиралъ благовонными бальзамами; волосы смазывалъ "божественнымъ" оливковымъ масломъ, облекался въ новыя одежды. Наконецъ, достаточно подготовленный и, благодаря стараніямъ жрецовъ, не жалѣвшихъ яркихъ красокъ въ описаніяхъ о чудесныхъ исцѣленіяхъ божества, фанатически настроенный и наэлектризованный паціентъ торжественно, съ пѣснопѣніемъ вводился въ храмъ. Въ храмѣ все бьетъ на эффектъ -- отъ фантастическаго изображенія божествъ до таинственнаго полумрака включительно. При заунывныхъ звукахъ молитвенной пѣсни или громкомъ хвалебномъ гимнѣ, приносилась жертва: закалывали барана или иное животное, теплая кровь котораго давалась больному какъ первое исцѣляющее лѣкарство, а на свѣжесодранной шкурѣ животнаго паціенту предлагалось лечь спать. Здѣсь, среди абсолютной тишины и мрака, онъ ожидалъ откровенія божества въ видѣ священнаго сновидѣнія. Если больной не могъ постичь своимъ умомъ сокровеннаго смысла сновидѣнія, то жрецы сами истолковывали волю божества, исполнивъ которую, больной долженъ былъ выздоровѣть. Если же паціентъ былъ не изъ храбраго десятка, боялся оставаться въ храмѣ съ глазу на глазъ съ разгнѣваннымъ божествомъ, та къ услугамъ его, разумѣется за особую плату, являлись жрецы -- ὀνείροπολοι -- торговцы сновъ.
Конечно, многіе выздоравливали, благодаря вѣрѣ въ силу божества, фанатическому самообману, внушенію жрецовъ, отчасти благодаря воздержанію отъ нищи, ваннамъ, натираніямъ. Выздоравливали и разносили славу божества далеко за предѣлы округа, привлекая своими, зачастую преувеличенными, разсказами новыхъ и новыхъ паломниковъ и поклонниковъ. Получившіе исцѣленіе приносили вновь благодарственную жертву божеству, приносили дары жрецамъ. Кромѣ того было въ обычаѣ дарить непосредственно идолу божества изображеніе исцѣленной части тѣла, сдѣланное изъ серебра, золота или слоновой кости.
Весь идолъ былъ увѣшанъ золотыми и серебряиными моделями рукъ, ногъ, сердца и прочихъ частей и органовъ тѣла человѣческаго. Со временемъ всѣ эти драгоцѣнности переходили во владѣніе тѣхъ же жрецовъ.
Были боги, преимущественно передъ другими располагавшіе властью наказывать людей болѣзнями и ихъ же исцѣлять. Такъ, напримѣръ, Цибела была также покровительницею дѣтей и домашнихъ животныхъ. Особенно она благоволила къ дѣтямъ и исцѣляла ихъ отъ всѣхъ недуговъ. Въ Греціи мы встрѣчаемъ Аполлона и его сестеръ Артемиду и Палладу. Аполлонъ -- богъ солнца и жизни, Паллада -- богина здравія, въ частности зрѣнія и горячихъ цѣлебныхъ источниковъ. Артемида, хотя и слыла за божество добродѣтельное,V но въ пылу гнѣва и раздраженія не только побивала землю градомъ, но и насылала падежи скота. Она же не только затрудняла роды, но и облегчала ихъ, а потому и считалась покровительницею родильницъ. Вмѣстѣ со страстью къ охотѣ, она питала особую любовь къ растительному царству, знала свойства всѣхъ растеній. Ей приписывали открытіе употребляемыхъ въ женскихъ болѣзняхъ сложноцвѣтныхъ растеній (Artemisia) и критскаго ясеница (Dictamnus). Послѣдній, по свидѣтельству Плинія, слылъ за средство, облегчающее роды.
Какъ извѣстно изъ греческой миѳологіи, боги и богини не отличались особой нравственностью. Они не прочь были иногда пошалить и пофлиртировать не только въ своемъ божественномъ кругу, но и съ простыми смертными. Такъ, Аполлонъ, увлекшись красотой Біотійской принцессы Корониды, не долго думая, вступилъ съ нею въ связь. Любовь эта закончилась рожденіемъ Асклепія (у римлянъ Эскулапа). Аскленій, хотя и былъ царемъ Ѳессаліи, но въ жилахъ его текла кровь отца, бога жизни, а потому онъ чувствовалъ больше склонности и призванія къ врачеванію недуговъ человѣческихъ, нежели къ управленію своими подданными. По смерти добродѣтельный царь былъ произведенъ въ безсмертные и водворенъ на постоянное жительство на Олимпъ.
Признаваемый за покровителя и праотца врачей, онъ былъ предметомъ ихъ поклоненія, въ честь его воздвигались многочисленные храмы. Храмы эти строились въ здоровыхъ гористыхъ мѣстахъ, вблизи теплыхъ ключей и источниковъ и были окружены роскошными рощами, носящими названіе священныхъ.
Эскулапъ состоялъ въ бракѣ съ Эфіоной и имѣлъ отъ нея двухъ сыновей, Подалирія и Махаона, и двухъ дочерей: Гигіею (Hygiea) и Панакею (Panacea). Всѣ они унаслѣдовали отъ отца даръ и искусство врачеванія. Въ честь Гигіеи сооружались алтари въ храмахъ Эскулапа. Въ кругъ домашнихъ религіозныхъ обрядовъ также входило поклоненіе Гигіенѣ, сопровождавшееся послѣобѣденными возліяніями. Въ честь ея слагались поэтами, въ томъ числѣ и знаменитымъ Орфеемъ, хвалебные пѣсни и гимны. Гигіея изображалась въ видѣ прекрасной, стройной дѣвушки съ распущенными волосами, повязкой на лбу и въ длинномъ хитонѣ. Въ рукахъ змѣя, которую она кормитъ изъ чаши.