— Ихтиандр больше не может дышать воздухом. Он обречен жить только в воде. Что же будет, если он вновь увидит вас? Для него это будет тяжелой драмой, да может быть, и для вас. Ихтиандр захочет видеться с вами, а воздух окончательно его убьет.
Гуттиэрэ опустила голову.
— Да, пожалуй, вы правы… — сказала она после большой паузы.
— Между ним и всеми остальными людьми легла непреодолимая преграда — океан. Ихтиандр — обреченный. Отныне вода становится его родной и единственной стихией.
— Но как же он там будет жить? Один — в безбрежном океане, человек — среди рыб и морских чудовищ?
— Представьте, он был счастлив в своем подводном мире, пока… земля чем-то не очаровала его…
Легкая краска залила щеки Гуттизрэ.
— Теперь, конечно, он не будет так безмятежно счастлив, как раньше… В подводных гротах ему, наверно, будут сниться сны… девушка с голубыми глазами.
— Перестаньте, Ольсен! — печально сказала Гуттиэрэ.
— Но время излечивает все. Острая боль притупится, и через год-два вся его «земная» жизнь; будет казаться ему сном. Быть может, он даже обретет свой утерянный покой. Так он и будет жить среди рыб и морских чудовищ. И если акула не съест его раньше времени, он доживет до старости, до седых волос… А смерть? — Смерть пока везде одинакова…