— Но ведь она… мне кажется, что она любила меня, — сказал Ихтиандр, опускаясь, как подкошенный, на землю.
Ольсен сел возле юноши, сочувственно посмотрел на него и, не спеша закурив коротенькую трубку, сказал:
— Да, и мне кажется, что она любила вас. Но ведь вы на ее глазах бросились в море и утонули, — так, по крайней мере, она думала.
Ихтиандр с удивлением посмотрел на Ольсена. Юноша никогда не говорил Гуттиэрэ о том, что он может жить под водой. Но эта подводная жизнь была для него привычным и естественным явлением. И ему не приходило в голову, что его прыжок в море может быть истолкован девушкой, как самоубийство.
— Прошлою ночью Гуттиэрэ виделась со мной, — продолжал Ольсен, задумчиво пуская клубы дыма. — Ваше самоубийство очень огорчило ее. «Ревность сгубила Ихтиандра», — вот что сказала она.
— Но почему же она так скоро вышла замуж за другого?
— Дон Педро давно охотился за ней. Она хотела спасти отца от разорения. Очевидно, после вашей смерти, жизнь потеряла для нее цену и интерес. Да, она любила-таки вас, — прибавил Ольсен, поджигая этими словами сердце юноши.
— Я… не могу… Я должен видеть ее. Повидаться с нею хотя бы в последний раз, сказать, что я жив.
— Вы прекрасный пловец? — неожиданно спросил Ольсен.
— Я… я могу пробыть очень долго под водой, — сказал Ихтиандр. Что-то удерживало его открыть и Ольсену тайну его организма. Да он и сам не мог бы объяснить ее.