Но эту честь ему пришлось разделить с Гинзбургом, который одновременно с Мишей воскликнул:
— Вот она!
Таблица лежала на дне возле изуродованных взрывом железных листов обшивки корпуса «Левиафана». О находке тотчас же было передано Протчеву на дно. Он зацепил цепочку железным крюком, которым теперь кончалась его рука, и приказал поднимать.
Поднимали долго. Миша видел, как отдыхает Протчев во время остановок, держа в протянутой руке драгоценную ношу.
Когда водолаз с пластинкой в руке появился на поверхности воды и наконец был благополучно поднят на борт, раздалось такое громкое «ура», что все матросы «Урании» выбежали на палубу.
Скотт оторопело смотрел на это торжество.
Что за странные люди?
Они нашли бочонок с золотом и не кричали. А вот теперь, зацепив какой-то старый кусок железа, кричат на весь Атлантический океан.
— Теперь мы в конечном счете обязаны только себе, — сказал Маковский.
— И нашему неизменному помощнику — телеоку, — добавил Гинзбург, любовно поглаживая оболочку телеока, тоже поднятого на палубу.