Г. Смирновъ, конечно, надъ сердцемъ воленъ и можетъ пользоваться или не пользоваться предоставленными ему концессіей правами, но если онъ отъ одного изъ правъ отказался и письменно заявляетъ теперь объ этомъ, то повернуть такое положеніе онъ уже не можетъ.
Примѣнять философію цыганскихъ романсовъ къ гражданскимъ сдѣлкамъ не очень-то удобно.
Иначе получается какое-то вовлеченіе въ невыгодную сдѣлку.
Въ самомъ дѣлѣ. Абоненту проводятъ освѣщеніе на опредѣленныхъ условіяхъ. Если бы ему поставили въ счетъ "за присоединеніе", то онъ, можетъ бытъ, вообще, счелъ бы для себя сдѣлку непріемлемой и отказался.
И, очевидно, такъ оно и было, если приходилось "скидывать" расходы по присоединенію, чтобы навербовать побольше абонентовъ.
А потомъ, черезъ нѣкоторое время имъ предъявляется счетъ:
-- Пожалуйте плату!
Скажу откровенно: пока не было письма г. Смирнова, вопросъ о его правѣ взимать за присоединеніе еще былъ спорный, такъ какъ не было доказательствъ наличности договора съ первыми абонентами о проводѣ освѣщенія безъ взиманія платы за присоединенія.
При наличности этого письма всякое сомнѣніе отпадаетъ: взятіе платы за присоединеніе, которое было сд ѣ лано, по условію между сторонами, безплатно,-- совершенно незаконно.
Если такъ обстоитъ дѣло съ первоначальными абонентами, то еще болѣе незаконнымъ является требованіе за присоединеніе съ новыхъ квартирантовъ, которые ни въ какихъ договорныхъ отношеніяхъ съ г. Смирновымъ не состояли.