Мальчикъ, съ большей крѣпостью душевной, можетъ приспособиться даже къ исключительно тяжелымъ условіямъ, а мимозообразная душа надломится отъ соприкосновенія съ обычнымъ жизненнымъ ненастьемъ.
У чеховскаго Ваньки "пропащая жизнь. хуже собаки какой": и колодкой, и шпандыремъ его бьютъ,-- "и кушать страсть хочется, а скука такая, что и сказать нельзя".
И ничего -- выживетъ, хоть и говоритъ, что "нѣту никакой возможности, просто смерть одна".
А вотъ Люсика и въ кинематографъ водили, и пирожными въ Ампирѣ угощали, а онъ взялъ и застрѣлился.
"Не приспособился къ внѣшнимъ условіямъ. Онѣ, все-таки оказались для него не по силамъ. И наступила катастрофа. Она всегда говорить о нарушенномъ равновѣсіи между организмомъ и внѣшнимъ міромъ, между "дѣйствіемъ" внѣшнихъ условій и "противодѣйствіемъ" душевныхъ и тѣлесныхъ силъ.
И, въ концѣ концовъ, въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ самоубійства дѣтей важно не то, что именно привело къ роковому концу: отеческія внушенія, или школьныя двойки.
Причины разнообразны, какъ Міръ
Однообразно и незыблемо одно: и семья, и школа не угадали "силу сопротивленія" юной души, и вотъ, хрустнули слабыя плечи подъ непосильнымъ бременемъ.
Въ этомъ самая большая наша вина. И что она именно въ этомъ, ясно изъ того, что всѣ непосредственно соприкасающіеся съ Люсикомъ, прежде всего, были поражены его смертью, какъ неожиданностью.
-- Мы не знали, что эти такъ можетъ кончиться.